Игнорирую снисходительный тон, беру свободный стул и приставляю к столику третьим, тем самым вынуждая обоих мужчин потесниться, а Томаса даже сдвинуть колени.
-- Угу, спасибо, -- благодарю блондина, замечаю, как его бледные брови взлетают вверх, но уже не смотрю на него -- я пришел не по его душу.
-- Норман, Мэг сказала, ты знаешь, где лежат инструменты, -- выдаю без предисловий.
Мужчина одаривает меня безразличным взглядом.
-- Знаю. И что?
-- Они мне нужны.
Норман хмурится.
-- Зачем?
Ногти подпилить или в зубах поковыряться -- зачем еще могут понадобиться инструменты?
Не вижу смысла врать.
-- Хочу починить климат-контроль, -- отвечаю честно.
-- Да ты хоть отвертку в руках держать умеешь? -- бормочет Томас, явно обиженный тем, что его потеснили.
Оборачиваюсь к нему с улыбкой.
-- Я еще ими жонглировать могу, -- и пока тот думает, чем еще попытаться меня задеть, опять обращаюсь к Норману. -- Дашь? Я так понимаю, вам всем надоело мерзнуть по утрам.
К Томасу возвращается дар речи. Возле него нет привычной кружки, а вокруг не витает запах алкоголя -- значит, это трезвость влияет на его настроение не лучшим образом.
-- А дышать нам не надоело, -- произносит язвительно. -- Напортачишь, нанюхаемся вакуума.
Хочется закатить глаза. Сколько можно-то? Он правда думает оскорбить меня своим недоверием?
-- Ладно, -- решаю, -- нет так нет. Пойду к капитану.
От чего бы там Мэг ни предостерегала, в конце концов, пойти к Роу и задать ему прямой вопрос будет куда информативнее, чем пререкания с этими шахматистами.
-- Погоди, -- останавливает меня Норман, когда я уже отодвигаю стул, чтобы встать.
Замираю. Я никуда не спешу, у меня в запасе еще целых шесть дней пребывания на борту "Старой ласточки".
-- А ты, правда, сумеешь наладить систему? -- в голосе Нормана звучит неприкрытая надежда.
Уверенно киваю. Я знаю о клиркийской технике все, у меня были хорошие учителя.
-- Тебе лет-то сколько? -- а Томас упорный, все еще не оставляет попытки меня уязвить.
-- Восемнадцать.
В ответ лысеющий блондин разряжается громким хохотом. В нашу сторону начинают поглядывать остальные.
-- Слыхал? -- отсмеявшись, спрашивает своего партнера по игре. -- Он даже не совершеннолетний.
-- По законам Лондора -- совершеннолетний, -- возражаю.
-- Но мы не на Лондоре, -- с садистским наслаждением напоминает Томас. -- На том же Альфа Крите совершеннолетие наступает в двадцать два.
Это я знаю и без него. В ближайшие четыре года больше не буду пытаться купить алкоголь на Альфа Крите. Ночевать в камере мне не понравилось, моей охране -- еще больше, а им еще и влетело от Рикардо. Пришлось целую неделю уговаривать дядю не лишать людей работы из-за моей оплошности. Даже сходил с ним на один из светских приемов в качестве платы. Дядюшка -- тот еще шантажист и редко что-то делает без ответной услуги.
-- Но мы и не на Альфа Крите, -- напоминаю неугомонному Томасу, все еще вежливо улыбаясь.
-- Парень прав, -- начинает веселиться обычно не слишком эмоциональный Норман. -- Достал ты всех со своим Альфа Критом.
Не спешу поддерживать веселье и насмехаться над Томасом в ответ. Вдруг он ранимый?
-- Пошли, -- Норман решительно поднимается на ноги, -- дам, что ты просишь, -- встаю и делаю несколько шагов следом, как едва ли не врезаюсь в него, потому что он решил остановиться, обернуться, да еще и погрозить мне пальцем. -- Но учти, для капитана -- я ничего тебе не давал.
Черт, да мне же теперь будут сниться все возможные варианты развития истории, связанной с Роу и механиками. Неужели нельзя сказать прямо, что не так и почему капитану нельзя говорить о моих намерениях?
-- Учел, -- заверяю. Еще немного -- и плюну на эту затею. Сплошные предостережения, а одно и то же -- неинтересно.
Норман будто чувствует, что пора остановиться, иначе экипаж так и продолжит мечтать о горячей воде по утрам. Он больше ничего не говорит, кивает и направляется к выходу.
***
Норман вручает мне небольшой чемоданчик с необходимыми инструментами, но уходить не спешит, следует за мной в машинное отделение и топчется рядом, когда я снимаю нужную панель.
-- Норм, я справлюсь, -- кривлюсь, оборачиваясь. Когда за твоей спиной кто-то полчаса громко сопит и пытается заглянуть через плечо, это отвлекает.
-- Если я пустил тебя сюда, на мне и ответственность, -- возражает тот.
Скептически выгибаю бровь, рассматривая его.
-- Ты же вроде как ответственный за грузы. Ты разбираешься в технике?
-- Нет, но...
-- Значит, ты не поймешь, если я поставлю систему на самоуничтожение, и не сможешь мне помешать, -- усмехаюсь.
Задело. Норман даже краснеет от злости.
-- Зато я смогу тебя придушить, -- оскорбленно шипит.
Нет уж, на сегодняшний вечер я уже ангажирован, не нужно меня душить.
В ответ криво улыбаюсь и отворачиваюсь. Хочет смотреть -- пусть смотрит, от меня не убудет.
***
Когда прихожу в спортзал, то обнаруживаю там весь экипаж "Старой ласточки". Даже капитан не побрезговал прийти.
-- Заметил, сегодня потеплело раньше обычного? -- доносится до меня обрывок разговора Дилана с отцом.
-- Опять, наверно, что-то переклинило.
-- Лишь бы не начало жарить, как в том году...
