— Итак, очевидно, что Хенз не остановился бы перед убийством. Значит, есть кто-то более мягкосердечный. Но в‘ таком случае что же могло заставить этого мягкосердечного человека убивать людей, которых он никогда не видел, которые не причинили ему никакого вреда? В конце концов, хотя в процентном отношении число отравлений ничтожно в масштабах Земли, но все же умерло несколько сотен человек. И среди них пятьдесят детей. Предположим также, что у этой особы очень сильна страсть к богатству и власти, которая превышает его мягкосердечность. Чем вызвана эта страсть? Она может зародиться в человеке, лишившемся в жизни всех своих честолюбивых надежд, и поэтому ненавидящем все человечество, страдающем с одной стороны манией величия, и с другой — комплексом неполноценности. Кто же это?
Теперь уже все смотрели на Космического патрульного горящими от нетерпения глазами. Интерес пробудился даже у Макмана. Бенсон задумчиво хмурился, а Бигман как обычно ухмылялся.
Космический патрульный продолжал:
— Самой важной уликой было то, что последовало за прибытием Вильямса на ферму. Он тут же был заподозрен в том, что является шпионом. Его рассказ об отравлении сестры был сразу же проверен, в результате чего выяснилось, что это ложь. Хенз, как я уже говорил, был за немедленное убийство. Предводитель же, обладая более мягким характером, предпочел иной метод. Он попытался нейтрализовать опасного Вильямса, завязав с ним дружбу и делая вид, что находится на ножах с Хензом. А теперь давайте обобщим сказанное. Что мы знаем об этом предводителе отравителей? Он человек с мягким характером, который, казалось, по-дружески относился к Вильямсу и недружелюбно к Хензу. Человек с комплексом неполноценности из-за неудавшейся жизни, причиной чего является его отличие от других, недостаточный рост…
Послышалось быстрое движение. Кресло отодвинулось от стола и человек попятился назад, в руке у него был бластер.
Бенсон вскочил и закричал:
— Великий боже! Бигман!
Д-р Силверс беспомощно огляделся вокруг:
— Но… но я, наверное, не должен был приводить его сюда. Как мой телохранитель, он вооружен.
Бигман стоял чуть поодаль от стола, с бластером наготове, глядя на всех своими пронзительными маленькими глазами.
Бигман заговорил и голос его был тверд:
— Только не надо делать поспешных выводов. Может быть, вам и кажется, что Космический патрульный имеет в виду меня, но он этого еще не сказал.
Все смотрели на него. Никто не произнес ни слова. Бигман внезапно подбросил свой бластер в воздух, поймал его за дуло и швырнул на стол, по которому он скользнул прямо к Космическому патрульному.
— Это не я. И вот мое оружие, чтобы все поняли, что я говорю правду.
Окутанные туманом и дымом пальцы Космического патрульного потянулись к бластеру.
— И я утверждаю, что это не ты, — сказал он, и бластер заскользил по столу обратно к Бигману, который взял его, засунул в кобуру и вновь уселся в кресло.
— Продолжай, пожалуйста, дальше, Космический патрульный.
И Космический патрульный вновь заговорил:
— Это не Бигман, хотя бы потому, что неприязнь между ним и Хензом возникла задолго до того, как здесь появился Вильямс.
Д-р Силверс пытался возразить:
— Но послушайте. Если предводитель делает вид, что он на ножах с Хензом, это могло быть не только в связи с появлением Вильямса. За этим наверняка кроется заранее обдуманный план.
Космический патрульный кивнул головой.
— Прекрасно рассуждаете, д-р Силверс. Но посудите сами. Предводитель, кто бы он ни был, должен полностью контролировать все действия банды, подчинить своей собственной брезгливости к массовым убийствам целую банду отъявленных головорезов всей солнечной системы. И совершенно ясно, что они подчинялись ему лишь потому, что контроль над ядом и способом отравления находился только в его руках и ничьих других. И уж конечно не в руках Бигмана.
— Откуда вы можете это знать? — все тем же требовательным голосом спросил д-р Силверс.
— Да хотя бы просто потому, что у Бигмана нет достаточного образования для того, чтобы он мог, не опасаясь за свою жизнь, пользоваться новым ядом, наиболее опасным из всех известных науке. У него нет лаборатории, он не разбирается ни в ботанике, ни в бактериологии. У него нет доступа к пищевым хранилищам Винград-Сити. А все это есть у Бенсона.
Агроном, по лицу которого градом катился пот, вскрикнул слабым голосом.
— Что вы пытаетесь сделать? Испытать меня так же, как только что испытывали Бигмана?
— Я не испытывал Бигмана, я ни разу не обвинил его, — ответил Космический патрульный. — А вас, Бенсон, я обвиняю. Вы — мозг и предводитель банды отравителей!
— Нет. Вы сумасшедший.
— Вовсе нет. Я абсолютно нормален. Вильямс первый заподозрил вас и передал свои подозрения мне.
— У него не было на это никаких оснований. Я был абсолютно честен с ним.
