Отшельник прикоснулся к скале, из которой ©н вышел, и часть ее снова повернулась, открываясь. Лаки заметил, что края ее были скошены и обиты вакуумной резиной, чтобы избежать утечки воздуха.
— Не хотите войти, мистер Вильямс? — пригласил отшельник. Каменная плита закрылась за ними. И сразу же вспыхнула маленькая флюоресцентная лампа. Стал виден небольшой воздушный шлюз, немногим больший, чем нужно для двух человек. Внезапно замерцал маленький красный сигнал, и отшельник сказал:
— Сейчас уже можно открыть лицевой щиток. Здесь есть воздух.
И первый подал пример. Лаки тоже открыл шлем, втянул в легкие чистый свежий воздух. Лучше, чем воздух на борту корабля. Но когда распахнулась внутренняя дверь, он застыл от изумления.
Лаки даже на Земле редко видел такие роскошные комнаты. В ней было тридцать шагов в длину, двадцать в ширину и тридцать в высоту. Поверху шла галерея. Стены сверху донизу были заставлены книгофильмами. Кроме того, проектор, установленный на специальном основании, был самой дорогой в Галактике модели. Комната освещалась только отраженным светом. Войдя в комнату, Лаки сразу же ощутил воздействие псевдогравитационных установок. Они были настроены не на земную силу тяжести. Судя по ощущениям, она была где-то между земной и марсианской. Появлялось ощущение удивительной легкости, но притяжение было достаточным, чтобы сохранить координацию мускульных усилий. Отшельник снял скафандр и повесил его над белым пластмассовым желобом, куда капала вода, образующаяся при таянии инея, который толстым слоем покрыл скафандр, когда они вошли из холодного пространства в теплый, влажный воздух комнаты. Человек с астероида держался прямо, он был высок, с розовым, без морщин лицом. Но его кустистые брови и волосы были совершенно седыми, а на тыльной стороне рук виднелись набухшие вены. Он вежливо спросил:
— Могу ли я помочь вам снять скафандр?
Лаки очнулся:
— У вас здесь хорошо, — он поспешно разделся. — Просто замечательно.
— Вам нравится? — улыбнулся Хансен. — Много лет ушло на то, чтобы устроить все таким образом. Но это еще не весь мой маленький дом, — добавил он с гордостью.
— Да, все это не просто, — ответил Лаки. — Здесь должна быть силовая установка для освещения и отопления, а также для создания псевдогравитационного поля. У вас должны быть очиститель и регенератор воздуха, запасы пищи, воды и многое другое.
— Это так и есть.
— Отшельникам совсем неплохо живется.
Отшельник явно был удовлетворен.
— Не всегда, — сказал он. — Садитесь, Вильямс, садитесь. Не хотите ли чего-нибудь выпить?
— Нет, благодарю вас, — Лаки опустился в кресло. Его обычные с виду сидение и спинка скрывали пластичное диамагнитное поле, которое прогибалось под тяжестью сидящего в нем тела. — Но, может быть, у вас найдется чашечка кофе?
— Конечно! — Хансен направился к нише. Вскоре он вернулся с двумя дымящимися благоухающими чашками. Хансен коснулся носком ножки кресла, в котором сидел Лаки, его ручка превратилась в узкий столик, и отшельник поставил на него одну из чашек в соответствующее углубление. Сделав это, он замер, пристально разглядывая молодого человека. Лаки поднял глаза.
— Да?
Хансен покачал головой.
— Ничего, ничего.
Они сидели друг против друга. Лампы в дальних концах комнаты погасли, круг света падал теперь только на них.
— А теперь, если вы простите любопытство старого человека, — сказал отшельник, — я хотел бы узнать, зачем вы прибыли сюда?
— Я не прибыл, меня привели, — ответил Лаки.
— Вы хотите сказать, что вы не один из … — Хансен сделал паузу.
— Нет, я не пират, по крайней мере пока.
Хансен поставил чашку и внимательно взглянул на Лаки.
— Может, я что-то не так сказал?
— Не беспокойтесь. Я прибыл сюда, чтобы стать одним из них. Лаки допил свой кофе, и затем, тщательно подбирая слова, начал рассказ с того, как он проник на борт «Атласа» на Луне.
Хансен внимательно слушал.
— И вы уверены в том, что вы хотите именно этого, и что жизнь пиратов вам понравится?
— Уверен.
— Но ради Земли, почему?
— Ради Земли, а что она сделала для меня? Она не место для жизни. А почему вы сами удалились сюда?
— Это долгая история. Но не пугайтесь, я не собираюсь исповедоваться. Достаточно сказать, что я приобрел этот астероид довольно давно, как место для проведения недолгих отпусков, и он полюбился мне. Я увеличил размер помещения, мало-помалу доставил с Земли обстановку и книгофильмы и в конце концов обнаружил, что здесь у меня есть все необходимое. Так почему не остаться здесь насовсем, спросил я себя. И остался на астероиде. А почему бы и нет? Вернуться и застать здесь беспорядок? Слишком много рутинной работы. Почти невозможно улететь на другую планету, а если и удастся — это означает простой физический труд. Другой возможности нет, остается только уйти на астероид.
— Но я еще не так стар, чтобы устроиться так, как вы. А для молодого парня здесь, у пиратов, свободная и увлекательная жизнь. Кроме того, есть возможность стать боссом.
— Каждому, кто уже стал боссом, не понравится молодой парень с мыслями босса в голове. Например, Антону. Я знаком с ним и знаю это.
