Трое из них осторожно регулировали ручки настройки, каждый координируя свои действия с двумя другими до тех пор, пока телескоп не был настроен. Слабое красное освещение еще более потускнело, и в черной пустоте углубления, вокруг которого они сидели, появилось пятнышко света. Прикосновение к ручкам настройки — и изображение сфокусировалось. Бигман присвистнул от изумления. Это был Сатурн? Это был Сатурн, точно такой же, каким он видел его из космоса. Его тройные кольца ярко блестели, и можно было увидеть три, словно сделанные из мрамора, луны. Небо за ним было усыпано многочисленными звездами. Бигман хотел обойти вокруг изображения и посмотреть, как будет выглядеть планета с пересекающей ее ночной тенью, но картина при движении не менялась.
— Это просто изображение, — объяснили ему, — иллюзия. Вы видите одно и то же, независимо от того, где стоите.
Сейчас с поверхности астероида Бигман мог бы опознать Сатурн невооруженным глазом. Он казался белым пятнышком, но более ярким, чем другие светящиеся точки, которые были звездами, и выглядел вдвое ярче, чем на Земле, так как был на двести миллионов миль ближе. Сама Земля находилась в другой части неба, около похожего на горошину Солнца. И вид у нее был не очень-то впечатляющим, Солнце только подчеркивало ее малые размеры. Внезапно в шлеме Бигмана раздался голос, который зазвучал из оставленного включенным приемника.
— Эй, коротышка, пошевеливайся, подходит корабль.
Бигман подпрыгнул и взвился вверх, дрыгая конечностями. Он крикнул:
— Кто из вас назвал меня коротышкой?
Но в ответ услышал смех.
— Эй, малыш, не много ли на тебе груза, чтобы заниматься полетами?
— Я покажу вам, — неистово вопил Бигман. Он достиг вершины параболы и начал медленно спускаться вниз.
— Как твое имя, умник? Скажи свое имя, и я вобью тебе его в глотку, когда вернусь и сниму скафандр.
— Думаешь, что ты сможешь вбить мне что-нибудь в глотку? — пришел насмешливый ответ, и Бигман, наверное, взорвался бы от ярости, если бы не уловил взглядом корабль, косо опускающийся за горизонтом. Он заскакал гигантскими, неуклюжими прыжками по сглаженному участку поверхности астероида, пытаясь угадать место, где приземлится корабль. И вот он опустился, его сопла легко коснулись астероида. Когда воздушный шлюз открылся, и показалась высокая, одетая в скафандр фигура Лаки, Бигман, вопя от радости, сделал один гигантский прыжок, и они оказались вместе. Конвей и Генри были менее экспансивными в своих приветствиях, но не менее счастливы. Каждый из них сжимал руку Лаки так, словно желал убедиться, что он живой, из плоти и крови. Лаки рассмеялся:
— Эй, вы что? Дайте мне вздохнуть. В чем дело? Вы думали, что я уже не вернусь?
— Послушай, — сказал Конвей, — ты бы лучше советовался с нами, прежде чем вытворять такие глупые трюки.
— Ладно. Но если это только глупые трюки, то вы сейчас не будете мне мешать.
— И не думай. Я хочу помешать тебе. Я имею право арестовать тебя сейчас же. Я могу на время отстранить тебя от дел. Могу выгнать тебя из Совета.
— Кого вы призовете сделать это?
— Никого из тех, кого ты ругал, молодой космический дурень. Но однажды я могу проверить твои умственные способности.
Лаки повернулся к Августасу Генри.
— Вы помешаете ему, не так ли?
— Сказать откровенно, я помогу ему.
— Тогда я сдаюсь. Посмотрите, здесь находится джентльмен, с которым вам, по-моему, следует побеседовать.
До сих пор Хансен оставался в тени, явно забавляясь их встречей. Два старых члена Совета были слишком поглощены Лаки Старром, чтобы заметить его.
— Доктор Конвей, — представил их друг другу Лаки. — Доктор Генри. Это мистер Джозеф Хансен — человек, чьим кораблем я воспользовался, чтобы вернуться. Он оказал мне значительную помощь.
Старый отшельник пожал руку двум ученым.
— Я не подумал о том, что вы, возможно, знаете Конвея и Генри, — сказал Лаки. Отшельник отрицательно покачал головой.
— Ладно, — продолжал Лаки, — они важные должностные лица Совета Наук. После того, как вы поедите и отдохнете, оин побеседуют с вами, и я уверен, помогут вам.
Часом позже два члена Совета с мрачным выражением лица сидели против Лаки. Доктор Генри спокойно курил, слушая рассказ Лаки о его приключениях среди пиратов.
— Вы рассказали это Бигману? — спросил Генри.
— Я только что потратил на это целый час, — ответил Лаки.
— Он не побил тебя за то, что ты не взял его с собой?
— Это не доставило ему удовольствия, — признал «Лаки.
Но мысли Конвея были серьезней.
— Так корабль был сирианской конструкции? — задумчиво пробормотал он.
— Без сомнения, — ответил Лаки. — По крайней мере, хоть это мы знаем наверняка.
— Эта информация не стоит риска, — сухо ответил Конвей. — Меня гораздо больше интересует другое. Очевидно, что сирианиты проникли в Совет Науки.
Генри мрачно кивнул головой.
— Да, я тоже так думаю. Очень плохо.
— Но почему вы пришли к такому выводу? — спросил Лаки.
