Не спуская глаз с незнакомца, я как загипнотизированная подошла к его креслу и остановилась. Он поднял взгляд на мою грудь — ресницы темные и густые, лицо худое — и зевнул.
— Сэр, благодарю, что одолжили носовой платок, — сказала я и протянула ему сырой платок.
Словно вспомнив о манерах, он поднялся и поклонился.
— Не за что, мэм. Для меня это удовольствие.
Удовольствие?
Услышав это, я удивленно захлопала глазами, но быстро пришла в себя и присела в реверансе. Его длинные красивые пальцы свернули носовой платок и сунули в жилетный карман. Джентльмен улыбнулся, и я смущенно пролепетала:
— Сожалею, что нас не представили друг другу.
— Ах, вы, должно быть, мисс Хейден? Бирсфорд мне все о вас рассказал.
Как мило. Интересно, что граф мог обо мне рассказать, если он обо мне решительно ничего не знает? За исключением того, что во время его ухаживаний за Энн я была весьма полезна, позволяя ему ускользать с нареченной.
— Да. А вы, сэр?..
Он улыбнулся. В его глазах искрилось веселье и нечто греховное.
— Я, мисс Хейден, Джонатан Трелейз, виконт Шаддерли. Имею честь числиться в семье непутевым родственником… Теперь и вашим родственником.
— Один непутевый родственник у меня, кажется, уже есть. Кроме того, Энн мне не кровная родственница, она крестница моего отца.
— О, я, наверное, самый непутевый из всех. Но я намерен встать на путь исправления.
— Это почему же, сэр?
— Я собираюсь жениться.
Я почувствовала острую боль разочарования.
— И кто же эта счастливица?
— Я пока не знаком с ней, мисс Хейден. Моя женитьба только в планах. Родственники очень надеются, что я остепенюсь.
— О, тогда, конечно, вы должны оправдать их надежды.
Шаддерли посмотрел на меня так, словно желал выяснить, не смеюсь ли я над ним, а затем спросил:
— А как насчет вас, мисс Хейден? Вам тоже не везет в этом вопросе?
— Что, простите? — опешила я.
— Бирсфорд сказал мне, что ваше семейство было чрезвычайно расстроено тем, что ваша кузина вышла замуж раньше вас.
— А какое вам до этого дело? — вспылила я. Как смеет он обсуждать мою семью, даже если говорит истинную правду!
Я деловито раскрыла веер и, смело глядя ему в глаза, заявила:
— Возможно, милорд, нам следует убить двух зайцев одним выстрелом, и объявить о помолвке.
На какой-то миг он лишился дара речи.
— Вообще-то, мисс Хейден, предложение обычно делает мужчина.
Когда мой кузен Бирсфорд, сияя, смотрит на свою нежную маленькую невесту, он похож на лоснящийся кусок сырой говядины. Новобрачная вполне соответствует описанию, которое он со своими ограниченными способностями сумел сочинить:
— Помнишь, Шад, как выглядят подснежники, когда впервые видишь их весной? Они такие чистые и белые, пока лошадь не наступила на них… Энн отличная девушка! Как думаешь, я должен сказать ей о своей любовнице?
Под чутким крылышком семейства Хейден Энн дебютировала в свете и заставила о себе говорить, когда вскоре получила предложение руки и сердца. Не то, что доставляющая родителям беспокойство Шарлотта…
О последней я узнал только из рассказов самого Бирсфорда, причем пьяного.
— Я думаю, Шарлотта влюблена в меня, Шад, — признался он мне накануне свадьбы. — Глаз с меня не сводит. Бедная девочка! — Он вздохнул и посмотрел в свой бокал. — Мне ее жаль. Никто не хочет на ней жениться. Как думаешь, мне следует приласкать ее? Ну, понимаешь, чтобы…
— Ни в коем случае, — ответил я. Но, заметив его разочарование, добавил: — Что, если мисс Энн узнает?
— Конечно, конечно. Ты абсолютно прав. Что бы я без тебя делал? Слава Богу, ты приехал помочь мне. — Бирсфорд икнул. — Сколько до моей женитьбы?
Я скосил глаза на часы:
— Еще десять часов.
— Может, нам?.. — Он не закончил, навалился на стол и захрапел.
Одна из дам — увы, мы были в низком обществе — предложила помочь его сиятельству добраться до кареты.
Так граф Бирсфорд провел последние часы холостяцкой жизни.
Я сразу понял, что леди, которой я одолжил свой носовой платок, и есть страдающая от безответной любви мисс Шарлотта Хейден. Но она не рыдала, как все женщины на этой свадьбе. Внешность у Шарлотты, конечно, оригинальная. Если ее родственница мисс Энн Уэллер, нынешняя графиня Бирсфорд, сияние и свет, то мисс Хейден — своего рода сумрак. У нее нет фарфорового личика, синих глаз и вьющихся светлых локонов кузины. У нее каштановые волосы, невыразительные серые глаза, узкое лицо с заостренными чертами и заурядный рост. Откровенно говоря, лучшее, что у нее имеется, — это ее грудь.
Некоторая резкость выражений, несомненно, отпугнула от нее большинство поклонников, хотя я считаю, что это — вторая ее привлекательная особенность. Однако я не испытываю никакого желания поймать на слове эту леди, предложившую мне жениться на ней. Я намерен был взять в жены хорошенькую послушную девушку, которая будет меня обожать и рожать мне наследников.
Я знаю, что цена этому — ужасная скука, но это мой долг.
