Логан молчал, словно для ответа ему надо было преодолеть невидимый барьер. Они жили во Флоренции вместе, но она не думала, что он до сих пор не сменил маленькую квартирку с одной спальней в нескольких шагах от университета.
Наконец он кивнул и окунул кусочек хлеба в оливковое масло.
– У меня квартира в доме на пьяцца Санта-Кроче.
– О! – Сдержать возглас было сложно. Площадь была одним из главных мест во Флоренции. Квартиры там стоили баснословных денег. Несмотря на то что дома были старые, их обновили и сделали весьма комфортными даже по самым высоким стандартам.
– Понятно. Ты сам занимался ремонтом?
– Если бы, – усмехнулся Логан. – Квартира была отделана до того, как я въехал. Но важно то, что все архитектурные детали были сохранены.
– Тебе там нравится? – Она кружила вокруг, не решаясь подойти к тому, что ее действительно интересовало. Живет ли он один? Это ей должно быть совершенно безразлично, но она не может справиться с любопытством. Нет, спросить прямо она не решится.
– Конечно. Это же Флоренция. – Он посмотрел на нее исподлобья. – Мне всегда нравилось жить во Флоренции. К сожалению, я не могу проводить там столько времени, сколько хотел бы.
– Вот как? Почему же? – Потому что жена и дети живут в другом месте?
Логан пожал плечами:
– Последние десять лет я был занят созданием собственного дела. Я нахожусь там, где есть работа. Она требует времени, сил и полной отдачи. Когда я занят реставрацией, например, как сейчас, я люблю все контролировать сам. В своей квартире я провожу месяца три в году.
– Ясно, – тихо произнесла Лючия, косясь на официанта, поставившего перед ней первое блюдо – равиоли с грибами, маслом и соусом с пармезаном.
Повод отвлечься и подумать ее радовал. Логан обычно со всей страстью относился к кому-то или чему-то, что его интересовало. Похоже, во Флоренции его действительно никто не ждет.
– А как твоя семья в Шотландии?
Он улыбнулся ее вопросу:
– Все хорошо. Теперь у них три ресторана в Глазго. Главным остается тот, что на площади Георга, бабуля по-прежнему никому не может его доверить. Она, как и раньше, стоит за стойкой и всех критикует.
Лючия рассмеялась. Она несколько раз видела бабушку Логана. Это была женщина с бешеным темпераментом, пылко защищавшая и так же яростно ругавшая членов своей семьи.
– Они все еще о тебе спрашивают.
Смех застрял в горле. Это всегда ее задевало. Они оба родились в Италии, но семья Логана всегда относилась к ней с большей теплотой, чем ее собственные родственники. Дома она ощущала себя скорее в Глазго, нежели рядом с отцом и мамой в Озимо.
Лючия молчала. Она просто не могла заставить себя ответить. Слова Логана вызвали слишком много воспоминаний. Из-за них ей так тяжело опять его видеть. Все, что она так долго хранила в тайниках души, стало против ее воли вырываться на свободу.
Правда, не все воспоминания были неприятными. Благодаря одному его присутствию по телу разливалось успокаивающее тепло. Все потому, что она может смотреть в его глаза, улыбаться, как прежде, его манере говорить и думать о прекрасных днях в солнечной Флоренции, восхитительном кофе в любимых ресторанах, долгих вечерах и ночах, проведенных вместе.
Их отношения были страстными и насыщенными. И трагичными. Но об этом она боялась вспоминать.
Лючия ковыряла вилкой в тарелке и думала, сможет ли кто-то из них затронуть болезненную тему. Похоже, Логан к этому не готов.
– Что ты думаешь о Луизе?
Она отложила вилку и нож. Интересный вопрос. Логан, которого она знала, в считаные минуты составлял мнение о человеке. Его вопрос означает, что он себе не совсем доверяет.
– Не знаю, – нахмурилась Лючия. – У нас даже не было времени поговорить. Она ведь американка, верно? Каким же образом она получила в собственность владение в Тоскане?
– Насколько я знаю, унаследовала. Она единственная родственница синьора Бартолини. Похоже, она получила наследство раньше, но до настоящего времени здесь не появлялась. Я узнал от Нико – соседа и друга синьора Бартолини, – что дом ожил всего за несколько месяцев до моего приезда. Правда, кажется, Нико и Луиза не поладили.
Лючия задумчиво кивнула. Она еще не познакомилась с Нико, но видела, как он давал указания работникам на винограднике.
– А как тебе Венеция? – Логан сделал глоток вина.
– Мне потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть. Во Флоренции тоже не очень спокойно, но Венеция бурлит постоянно. Круизные лайнеры прибывают каждый день, на площади Сан-Марко не протолкнуться из-за туристов.
Логан понимающе кивнул.
– А где ты живешь?
– Тут мне повезло. Мне удалось заполучить квартиру в старом доме на Гранд-канале. Он чуть в стороне от основных маршрутов, поэтому я могу в любое время открыть окно и наслаждаться видом. Впрочем, и там никогда не бывает совершенно тихо.
– Ты живешь одна?
Лючия растерялась, но не смогла сдержать улыбку. Похоже, Логан не против прямых вопросов. Сначала ей захотелось ему солгать, сказать, что у нее муж-миллионер и трое очаровательных детей, проблема в том, что она никогда не умела и не любила врать. Ее тайные желания для всех должны таковыми оставаться.
