— По-моему, мы весь вечер только и делали, что говорили о сатире, — слегка усмешливо возразил Смуул. — Разве вы так не считаете?
Свое обещание он сдержал пунктуально. Эстонский текст статьи поступил в редакцию «Известий» в точно означенный срок. Был отдан на перевод и напечатан без поправок и изменений.
В статье «За хорошее отношение к сатире», о которой идет речь («Известия», 1966, 21 декабря), Ю. Смуул не просто отвечал автору письма из Риги. Он не пытался оградить пьесу или свое творчество от критики. Цель ставил гораздо более широкую, общественно значимую и важную. «У многих на памяти время, — писал Смуул, — когда сатире было определено блуждать между тремя соснами: пьяницами, домоуправлениями и судебной хроникой, а задача сатиры сводилась к иллюстрации уголовного и гражданского кодексов, к их дополнению литературными комментариями». В противовес былому мелкотемью Ю. Смуул отстаивал право писателя-сатирика на социальный анализ, нравственный суд и типические обобщения окружающей жизни.
Сатира и юмор — такие же способы исследования действительности, как и все прочие жанры. Даже самый благодушный юморист не должен утрачивать аналитичности взгляда. Иначе избыток желаемого над сущим будет уводить его от действительности в мир литературных идиллий. А сочиненная идиллия останется таковой, если даже она расшита цветочками юмора. Эта мысль как бы питала собой статью. Язвящей, прозорливой, неуступчивой только и может быть сатира. Комическое серьезно… Как сама жизнь.
Статья «За хорошее отношение к сатире» была принципиальным выступлением, основанным на глубоком подходе к истолкованию проблем комического и его художественных форм в современной литературе. То был, можно сказать, «сатирический манифест» Юхана Смуула, и, как несколькими годами позже, к сожалению, выяснилось, — одно из литературных «завещаний» Ю. Смуула-сатирика. Потому что сатира, увы, не относится к числу полезных для авторского здоровья жанров!..
Перечитываю сейчас эту статью. Вспоминаю Ю. Смуула и слышу его прощальные слова: «По-моему, мы весь вечер только и делали, что говорили о сатире. Разве вы так не считаете?»
Федор Абрамов. Москва. 1978
Фото Н. Кочнева
Николай Евдокимов, Людмила Крутикова, Юрий Андреев, Федор Абрамов, Сергей Викулов в Георгиевском зале Кремля. 1976
Фото Н. Кочнева
Федор Абрамов в Верколе
Гавриил Троепольский, Даниил Гранин, Федор Абрамов, Павел Нилин, Владимир Орлов — участники V съезда СП СССР — в Кремле. 1971
Фото Н. Кочнева
В дни работы VII съезда СП СССР: Сергей Залыгин, Анатолий Калинин, Василий Белов, Федор Абрамов. Москва. 1981
Фото Н. Кочнева
С земляками на Пинеге. Д. М. Клопов, Е. П. Попова, Ф. А. Абрамов, 3. В. Бутюкова. 1982
Юрий Трифонов
Юрий Трифонов и Борис Можаев. Москва. 1978.
Фото Н. Кочнева
Юстас Палецкис, Юрий Трифонов и Миколас Слуцкис — участники VI съезда СП СССР. Москва. 1976
Фото Н. Кочнева
Юрий Трифонов. 1974
Фото Н. Кочнева
Справа налево: Александр Михайлов, Юрий Трифонов, Георгий Семенов, Юрий Казаков, Виктор Конецкий, Виктор Курочкин. Москва. 1966
Фото Н. Кочнева
Юрий Трифонов. 1979
Фото Н. Кочнева
Григорий Поженян
Фото Н. Кочнева
Борис Слуцкий. 1971
Фото Н. Кочнева
Сергей Орлов и Борис Слуцкий на Первом Блоковском празднике поэзии. Шахматово, 1970
Фото Н. Кочнева
Ираклий Андроников, Борис Слуцкий и Эугениюс Матузявичюс в Центральном Доме литераторов имени А. Фадеева, 1974
Фото Н. Кочнева
Борис Слуцкий выступает на вечере, посвященном Дням литературы и искусства Литовской ССР. Москва. 1974.
Фото Н. Кочнева
Виктор Полторацкий
Илья Эренбург
Илья Эренбург и Пабло Пикассо
Картина Фернана Леже
Илья Эренбург на даче. Июль 1967 г.
Вера Кетлинская и Вера Панова на II съезде писателей РСФСР. Москва. 1965
Фото Н. Кочнева
Юхан Смуул