– Значит, не дошли… – наверняка Шамм и остальные дружинники. Следы их потерялись после деревни, где засел Добрый Фей и остались Веселые Гады.
– Кто?
– Мы с ними сквозь заставы Святого Ларса пробивались. Андагедцы…
– А! – озарилось лицо Фтарруха. – Да-да! Точно… Их цвета… Давно их не видно было.
– И не увидите больше. Ан-Да-Гед вымер.
– Следовало ожидать…
Улица вывела их на площадь, посреди которой красовалась небольшая статуя. Женщина с развевающимися волосами, руки протянуты к небу, на лице боль.
– Что это? – спросил Гезеш.
– Памятник Сестрам, – удивленно посмотрел на него Фтаррух.
– Я из Колонны. Память не вернулась! – раздраженно пояснил свой интерес Лесоруб.
– Тогда понятно… Сестры – женщины, защитившие Гур-Дарг от удара Безумия. Принесшие себя в жертву. Вон, видишь замок? – Фтаррух указал рукой на далекие башни. – Замок Сестер. Говорят, что только благодаря им Гур-Дарг еще стоит. Сила самопожертвования защищает его. Тысяча душ…
Гезеша передернуло, и он внимательнее посмотрел на статую.
– Они заперлись в замке и отравились…
– Стой! – Властный женский голос оторвал Лесоруба от созерцания памятника.
Молодая темноволосая девушка, с легкой полнотой в теле, равнодушно смерила воина взглядом.
– Вы мне? – удивился Гезеш.
– Тебе! – с вызовом бросила та. Лесоруб заметил, как ее повело. Два умральца с палицами у пояса внимательно следили за незнакомцем.
Горожанка пьяно пошатнулась.
– Ты мне не нравишься! – заявила она. Руки обоих охранников неохотно потянулись к оружию.
– Госпожа, это гость нашего города, – поспешил вмешаться Фтаррух.
Вокруг начала собираться толпа. Гезеш спиной почувствовал любопытные взгляды и в панике пытался сообразить, что случилось.
– Гость? Пришел под нашу защиту?! – возмутилась женщина. – Тысяча Сестер пожертвовали жизнью для того, чтобы он жил? Тот, кто мне не нравится?!
Охранники с мрачными лицами поигрывали палицами. Лесоруб понял, что происходящее им не по душе.
– Он с далекого юга, госпожа. Он принес весть из Уффейн-Дарга…
– Уффейн-Дарг отвернулся от Сестер! – Женщина метнула гневный взгляд на умральца, и тот мигом стушевался. – Что молчишь, дикарь? – Она приблизилась к Гезешу и взяла его за подбородок, рассматривая.
Лесоруб молча отвел ее руку.
– Как ты смеешь? – задохнулась девушка. – Убить его!
Стражи с каменными лицами шагнули вперед.
– Назад! – хлестнул еще один женский голос. – Оставьте его в покое! Инналь, ты пьяна!
Телохранители с облегчением остановились, один из них, лохматый загорелый юноша лет двадцати, едва заметно подмигнул Гезешу.
Инналь возмущенно выдохнула:
– Опять ты, Шиллай?
Защитница была чуть постарше соперницы, но охранников у нее оказалось трое.
– Ты пьяна, оставь его в покое.
Толпа вокруг загудела, но жесткий голос Шиллай заткнул ее:
– Расходитесь!
Гезеш с удивлением понял, что приказ женщины выполнен. Люди потянулись по своим делам, все еще поглядывая на стоящих Сестер.
– Инналь, иди домой. Не позорь наш город перед гостями, – устало проговорила защитница.
– Но!
– Идите. – Взгляд Шиллай полоснул сердце Гезеша сталью. Фтаррух потянул его за рукав, почтительно раскланиваясь с женщинами.
– Шиллай, он непочтительно посмел поднять на меня руку!
– Ты пьяна!
Вскоре ссоры уже не было слышно, Фтаррух увлек его в узкий переулок и наконец-то выдохнул:
– Вот… Теперь они такие…
– Кто это?
– Дарующие Жизнь, – поморщился Фтаррух. – Та, у которой три охранника, – родила девочку и может рожать еще.
– А первая?
– Еще может рожать. Оттого и охрана. Инналь одна из самых жестоких Дарующих. При этом – детей у нее еще не было,
– Но почему она так много себе…
– Потому что может рожать! – неожиданно зло перебил Гезеша Фтаррух. – Может быть, даже девочка будет! Гур-Дарг единственный город в Умрале, где есть женщины, понимаешь?! Слово их – закон.
– Поганый закон.
– Не тебе судить. – Умралец зашагал дальше. – Не тебе судить… Расскажи, что происходит на юге?
– Ан-Да-Гед почти вымер, Ахханские Топи очень близко к горам подошли… Да, в Святых Землях объявился сам Ларс!
– Ларс?! – испуганно переспросил умралец.
– Да. – Гезеш понял, что с этого и стоило начинать.
– Безумие! Это значит, что… О, Безумие! Надо усилить гарнизон в Коррейн-Дарге. Ларс наверняка поведет своих солдат на север. Подальше от их Ветра и проклятий! – Фтаррух нахмурился.
– Проще было бы отозвать гарнизоны в Гур-Дарг, – резонно заметил Гезеш.
Умралец не ответил. Они прошли мимо празднично украшенного кабака, в котором раздавался сиплый хохот гуляющих людей.
На следующей улице их чуть не сбил всадник. Выругавшись, он едва успел придержать коня и, осыпая Фтарруха и Гезеша проклятиями, умчался прочь. Какой-то мальчонка попытался стянуть у умральца кошелек, но тот, походя, оттолкнул воришку в сторону.
– Значит, вернулся Ларс… Настало время? – пробормотал Фтаррух и свернул с улицы на небольшую аллею. Гезеш удивился зеленому островку в каменном городе. Тополя… Летом тут не продохнуть от пуха.
Фтаррух брел по тропинке и молчал.
– Зачем вы меня вытащили? – наконец спросил Гезеш.
