Я откинула одеяло и украдкой выдохнула, увидев на себе вчерашнее бельё. Что ж, вполне приличный вид. Уж в новый век технологий он, наверное, и не такое видал. Бельё у меня плотное, непрозрачное, и можно смело считать, что Марк снова увидел меня в купальнике. А из этого следует, что волноваться не о чем. Я приняла душ и переоделась в симпатичное платье синего цвета. Настроение было замечательным, даже несмотря на странное развитие наших отношений с начальником.
После завтрака мы переместились в рабочий кабинет Марка, и тут нас обоих ждал сюрприз:
— Мистер Мирем, эти цветы мистер Арден настоятельно просил передать госпоже Марии, — опасливо произнёс один из служащих и покосился на меня. — Мы проверили — они безопасны, — и он скрылся в соседнем кабинете, так и оставив нас стоять в дверях кабинета Марка.
Помещение было заполнено изящными корзинами с цветами: все букеты были белыми, а один — красным, и именно в этом красном букете торчал небольшой белый конверт.
Подойдя ближе, я вязла его и прочла содержимое: "Похищение состоится в полдень. Твой К.А.", не успела переварить смысл этих строк, как записку выхватил Марк и быстро пробежал её глазами.
— Я чего-то не знаю? — спросил он, подняв бровь в удивлении, но тем не менее сдержанным тоном.
— Наше общение ты видел и слышал, мне добавить нечего, — ответила я.
После вчерашнего происшествия с раздеванием, я морально почти согласилась начать отношения с Марком, оттого такие явные знаки внимания от малознакомого мистера Ардена были для меня неожиданны. Хотя восхищение, конечно, вызывали: вот это мужик — пришёл, увидел, победил. Хватило и одной встречи, чтобы он моё место работы цветами завалил. Я считаю — это достойно уважения и внимания.
— Хорошо, — как ни в чём ни бывало сказал Марк.
Ни да, ни нет. Просто "хорошо". А мне как его понимать? У нас что-то намечается, или я всё себе придумала?
Обидевшись на загадочного начальника, я решила больше не думать об этом и погрузилась в работу — благо Марк дал мне в руки новое досье, и уже через час обещал взять с собой на встречу в дом-музей.
Я с интересом рассмотрела трёхмерные изображения драгоценностей, которые украли из дома-музея, и постаралась запомнить имена всех, чьи показания имелись в файле. Потом изучила карту местности и ещё некоторые сведения, пока Марк был занят какими-то своими переговорами.
Когда мы переместились в сад, окружавший музей, я увидела воочию то, что недавно рассматривала на картинках. Большое и помпезное здание высотою в три этажа, украшенное резными барельефами, по всей видимости отражающими местную историю. Марк остановился и дал мне несколько секунд, чтобы насладиться видом, а после потянул к парадному крыльцу.
Нас встретила сухопарая старушка, одетая в причудливое платье, похожее на наряды японских гейш: её расшитый халат был уложен и подпоясан в несколько слоёв, а шлейф тянулся на добрый метр.
Мы поздоровались и прошли в дом, где когда-то жили её предки — самые богатые и влиятельные лорды планеты, однако, как я поняла, в каком-то году произошла местная революция или что-то в этом роде, и этот огромный дом отобрали в пользу правителя. После, конечно, вернули, но в живых от семейства тогда осталось всего пара человек, и сейчас госпожа Кималис является единственной наследницей бесценного исторического экспоната. Уже прошло пятьдесят лет с тех пор, как она дала согласие сделать из этого здания дом-музей.
— Какая вы замечательная пара, — хитро приговаривала госпожа Кималис, поглядывая на нас.
Марк улыбался и посматривал на меня, но эту навязчиво повторяемую реплику пропускал мимо ушей и продолжал разговор с милой старушкой. Я же старалась помалкивать, не мешая работе профессионала. Мы прогулялись по некоторым комнатам, увидели антикварную мебель и познакомились с тремя служащими музея, однако, пока ни одной зацепки в деле не появилось. Никто не хотел признаваться в похищении драгоценностей, и я уже было подумала, что виновного здесь и нет. Но появился последний персонаж, которого Марк пригласил сам, и которого госпожа Кималис увидеть никак не ожидала.
— Остиш? Здравствуй, милый! Что ты здесь делаешь? — спросила она молодого парня.
— Да вот, приехал на беседу к господину Райх Мирему, отказаться ведь нельзя, — зыркнул он на Марка.
Не знаю почему, но мне показалось, что это именно он виноват в пропаже драгоценностей. Он напомнил мне подростка в сложном переходном возрасте, который натворил дел и считает, что в этом виноваты все, кроме него. На вид парню было не больше восемнадцати или даже меньше.
— Госпожа Кималис, вы предлагали нам чай. Думаю, сейчас самое время устроиться в гостиной за чаем и беседой.
— Конечно, — растеряно сказала старушка.
Я видела её эмоции — она прекрасно поняла, что Марк подозревает её родственника, и не могла поверить, что такое вообще возможно.
Устроившись в одной из многочисленных гостиных, мы попробовали просто волшебный по своему вкусу чай, и Марк, не откладывая в долгий ящик, начал допрос Остиша.
