С небоскрёбом Пападопулоса вышло куда сложнее. О ксенорской растительности Карлос не знал ничего, за исключением общих принципов её функционирования; информация по конкретным видам была довольно скудна. Протрезвев и поняв, во что ввязался, Карлос понадеялся, что экологический контроль зарубит идею Пападопулоса на корню. Но миллиардер каким-то образом умудрился убедить комиссию, что при наличии чистых образцов, не загрязнённых родной ксенорской средой, никакой опасности такие сады не представляют, да и выбраться из пустыни, если что, им будет затруднительно.
Учитывая, сколько средств ушло у Пападопулоса на подготовительные работы, его упёртость даже внушала некоторое уважение. Поэтому Карлос от души проклял знакомого, который нахвалил его Пападопулосу, и засел за справочники по ксенорской флоре.
И дело тронулось. К сожалению, не так споро, как хотелось. В ходе очередного мозгового штурма, как помочь инопланетным растениям лучше приспособиться к новой среде, кто-то выложил на стол рекламный буклет. Автоматический перевод в цветах, красках и запахах нахваливал натуральное природное удобрение. С функцией обновления, что особо доставляло.
- Наверно с бактериями, расщепляющими органику до правильной кондиции - так, кажется? - Пападопулос, как выяснилось, что-то запомнил из популярно-просветительских лекций собутыльника. Помалкивать надо чаще, понял Карлос.
- Это та самая "родная ксенорская среда", которую запретил экологический контроль, - сообщил он и забыл об этом случае. Пока довольный работодатель не огорошил его новостью, что к ним едет контрабандой ценный груз природного ксенорского удобрения.
- Небольшая партия из пяти мешков, на пробу, - сказал Пападопулос и оптимистично добавил: - А там, может, больше и не понадобится, раз уж оно с функцией восстановления. Своё разведём!..
Шум снизу вывел его из задумчивости. Дмитрий достиг дна колодца и последовавший за этим горестный возглас заставил Карлоса ускориться.
Внизу залегла тьма. Окно, у которого останавливался Карлос, было последним, дальше шла подземная часть комплекса. Тут должно было присутствовать искусственное освещение, но он так и не узнал, где оно включается. Когда находились дуралеи вроде Дмитрия, роняющие в шахту что-нибудь полезное, вниз обычно посылались рабочие дроиды, но, учитывая характер упавшего груза, Карлос не захотел оставлять в памяти дроидов компрометирующие следы, и полез сам. Прихватив с собой стажёра в воспитательных целях. На него же погрузил инструмент для спасательных работ - мешки с лопатой.
- Ой-вэй! - стонал снизу Дмитрий. - Ой, чтоб меня...
Фонарик Дмитрия метался внизу, сопровождаемый охами и невнятными призывами к Карлосу и чьей-то матери.
Наконец удалось разглядеть бесформенную тёмную кучу с угловатыми светлыми вкраплениями. Контейнер всё-таки не выдержал. Ценное удобрение рассыпалось, а светлое - это, наверное, упаковка. Дмитрий, к возмущению Карлоса, не торопился собирать инопланетную контрабанду, а бестолково суетился вокруг.
С намерением отвесить ему хорошую затрещину, Карлос добрался донизу и спрыгнул на пол.
- Аккуратнее! - взвизгнул Дмитрий. - Раздавите!
Карлос так и застыл: светлое, которое он принял за упаковку, было скорлупой яйца.
Очень большого яйца.
И его содержимое лежало в куче навоза и подёргивалось. Агония, решил Карлос, ощущая медленно подкатывающий к горлу ком. Контрабандный дохлый детёныш инопланетного животного... ему живо представились ледяные лица из экологического контроля и злорадные - из отдела по борьбе с контрабандой. Прощай, работа, планы на будущее и коллекция окаменелостей... Тут Карлос вспомнил про остальные четыре мешка, брошенные наверху по принципу "пусть тут пока полежат", и покрылся ледяным потом.
- Кто это? - прошептал стажёр. Черенком лопаты он приподнял одну из слабо подёргивающихся конечностей и разглядывал кожистую перепонку.
- Не знаю, - Карлос сглотнул. - Птерос, наверное.
- Птерос... - повторил Дмитрий благоговейным тоном. Такая инопланетная экзотика вторглась в его юную жизнь впервые. Было волнительно.
- Или крылатик.
- Крылатик, - Дмитрий потыкал пальцем в почти голый, покрытый редкими рыжими патлами бок, сбросил с головы чудища осколок скорлупы и постучал ногтём по длинному кожистому клюву. Клюв внезапно распахнулся и устремился Дмитрию навстречу.
- А-а-а!
- Ты что орёшь?! - Карлос держался за сердце и тоже был не прочь заорать.
- Так это... страшно же!
- Страшно ему, - буркнул Карлос. - Птенца испугался...
- А сами-то!..
Карлос хотел огрызнуться, но тут птенец снова раззявил клюв и протяжно завопил.
- Чего это он? - опять перешёл на шёпот Дмитрий.
- Жрать хочет.
Карлос думал. Надо было заметать следы и выбираться отсюда. Как можно быстрее. Пока наверху тоже что-нибудь не вылупилось. Да и продуть себе что-нибудь ценное не хотелось - тут, в подземных коридорах, довольно-таки сквозило.
Дмитрий меж тем извлёк из-за пазухи какой-то тюбик и отвинтил крышку.
- Знакомый космонавт-испытатель дал опробовать, - похвастался он и выпустил из тюбика струю прямо в глотку птенцу.
- Ты что творишь?!
