— А мои родители всегда ходили на рыбалку вместе и брали с собой Джейсона и меня. Сколько я себя помню, мы все всегда делали сообща. Вместе занимались скотиной, всей семьей ходили в церковь или смотреть футбольные матчи, в, которых участвовал Джейсон, — одним словом, все.
Когда Андреа легко и искусно забросила леску чуть ли не на середину протоки, Хэл присвистнул:
— Пожалуй, я поторопился вызвать тебя на соревнование. Судя по всему, ты умеешь обращаться с удочкой.
Андреа озорно усмехнулась и подтянула леску.
— Еще бы. Я умею ловить рыбу, а также чистить ее и готовить. Знай заранее: когда я поймаю самую большую рыбину, я расскажу всем и каждому, что победила не кого-нибудь, а звезду родео.
— Да ты к тому же и скромница — усмехнулся Хэл, забрасывая леску. — Я…
В этот момент леска Андрее натянулась, и Хэл, оборвав себя на полуслове, стал молча наблюдать, как девушка борется со щукой, пытающейся сорваться с крючка. В конце концов она все-таки вытащила рыбину на берег и гордо продемонстрировала Хэлу двухфунтовый трофей.
— Эй, леди, а вы времени зря не теряете! — со смехом воскликнул Хэл.
— Нет, мы, Флетчеры, относимся к рыбалке со всей серьезностью, — ответила она с напускной важностью, помещая улов в садок.
Вскоре и леску Хэла повело в сторону; он стал сматывать ее на катушку и под хохот Андреа вытащил из воды маленького тощего окунька.
— Гриффин, никак ты похитил его пряма из колыбели? — безжалостно поддразнила девушка.
Сердито бормоча что-то себе под нос, Хэл бросил бедолагу обратно в реку и направился к корзине с провизией. Стоило ему открыть салфетку, как в полуденном воздухе разнесся аромат жареного цыпленка и печеных бобов. У Андреа громко заурчало в животе. Она положила удочку на песок рядом с удочкой Хэла и уселась на одеяло, скрестив ноги по-турецки.
После еды девушка блаженно растянулась на одеяле, подставляя лицо солнцу и наслаждаясь тишиной и покоем теплого дня. Напряжение отпустило ее, и Андреа, довольная и почти счастливая, уснула.
Пока она дремала, Хэл лежал рядом и смотрел в безоблачное небо. Со вчерашнего вечера, когда он завидел языки пламени над конюшней и погнал машину на максимальной скорости, какая-то до конца не оформившаяся мысль скреблась у него в мозгу, не давая покоя. Короткий телефонный разговор с Дженной породил ещё больше вопросов, на которые у него не было ответов. У Хэла появилось навязчивее ощущение, что все проблемы, неожиданно, но регулярно возникающие на пути Андреа, как-то слишком хорошо организованы.
«Если ты хоть немного озабочен делами Андреа Флетчер, то придешь».
Загадочные слова Дженны снова и снова всплывали у него в памяти. Что затеяла эта лживая сука? Хэл был полон решимости это выяснить, а попутно навестить Тони Брейдена и компанию. То, что начиналось, как стычка подростков из-за девушки, все больше обретало черты жестокого преступления.
Хэл первый готов был признать, что время от времени в жизни каждого может случиться полоса неудач, не спорил он и с тем, что беды имеют обыкновение приходить по трое. Гипс на его руке весьма убедительно доказывал, что невезение все-таки существует. Но на Флетчеров неудачи обрушились настоящим градом. Особенно беспокоило Хэла то, что конюшню подожгли именно тогда, когда Джейсон лежал в больнице, а Андреа разрывалась на части между двумя работами и братом.
Тони Брейден не скрывал, что преследовал Джейсона, и вдруг правила игры внезапно изменились. Джейсона накрыли брезентом, чтобы он не смог опознать нападавших, а на ранчо подожгли конюшню, не тронув дом. Не потому ли, что уголовные преступления наказуемы?
Хэла не покидало тревожное предчувствие. Несчастья Флетчеров могли показаться простым невезением, но только на первый взгляд. Хэл не мог избавиться от ощущения, что в действительности все не так просто, что за всем этим кроется нечто гораздо более зловещее.
Андреа была слишком поглощена борьбой за выживание и слишком измотана ежедневными трудами, чтобы иметь возможность трезво проанализировать ход событий. Ему и самому только сейчас пришло в голову, что дело нечисто. Когда Тони проколол шины на трейлере Флетчеров и спугнул скотину во время загона, это выглядело как мелкое хулиганство, проявление злобной мстительности. Однако если бы Хэл не позвонил брату и не попросил его отвезти скот Андреа на рынок, она бы не смогла вовремя заплатить просроченные проценты, и «мелкое хулиганство» Тони Брейдена имело бы для Флетчеров очень серьезные последствия.
Хэл нахмурился и инстинктивно привлек к себе Андреа. Если попробовать выстроить логическую цепочку, напрашивался вопрос: зачем они подожгли конюшню? Ясно, что Андреа может рассчитывать на быструю выплату страховки за собственность и использовать ее для выплаты ссуды. Но тогда получается, что его теория преднамеренного саботажа разбивается вдребезги.
