Счет полностью

– О, значит, ты младшая сестра Робби?

– Кто сказал, что я младшая? – с вызовом спрашивает Дакота. – Может, я его старшая сестра?

– Деточка, я бы сильно удивился, узнав, что ты уже не носишь подгузники.

– Я не ношу подгузники! – Ее щеки становятся пунцовыми, и она горделиво объявляет: – Мне десять.

Я притворно ахаю.

– Ни хр… Ничего себе! Тогда ты почти старушка.

Дакота хихикает.

– Нет. А сколько лет тебе?

– Двадцать два.

У нее отвисает челюсть.

– Вот уж кто старый.

– Знаю. Наверное, уже пора планировать собственные похороны. Как думаешь, кому оставить все свое наследство – девчонке из «Голодных игр» или той, из «Дивергента»?

– Они не настоящие, – с неподдельной искренностью говорит Дакота.

Я делаю невинное лицо.

– Ты уверена? Потому что, клянусь, на днях я видел на улице Китнисс.

– Ты врешь.

– Ладно, поймала меня. – Я показываю на розовую тетрадку, лежащую у нее на коленях. – Что делаешь?

Дакота выпячивает нижнюю губу.

– Домашку. Миссис Клейн задала нам написать целую страницу о том, за что мы благодарим в День благодарения.

– Миссис Клейн, похоже, настоящий монстр.

Дакота хихикает.

– Да нет, она нормальная. Как-то раз даже заказала пиццу на весь класс. Это было после того, как мы получили высшие баллы за тест по литре.

– Литературе, – поправляю я ее.

Она машет рукой.

– Какая разница.

Тут я уже не могу сдержать улыбку.

– Ладно, хватит попусту терять время. – Я листаю ее тетрадь до чистого листа. – Время выяснить, за что же ты благодарна.

Лицо Дакоты тут же озаряется.

– Ты поможешь мне с домашкой?

– Конечно, почему бы и нет? У нас есть целых двадцать минут, если не больше, до тех пор пока не приедет твоя мама. Что еще нам нужно сделать?

Я сижу на пассажирском сиденье в машине Мег, когда мне приходит сообщение от Дина. Меня совсем не удивляет, что его имя высветилось на экране моего телефона. Я весь день ждала от него «Я хочу трахнуть тебя», поэтому то, что он напишет мне, было лишь вопросом времени. Однако ему удалось ошарашить меня.

Меган, сидящая за рулем, бросает на меня взгляд.

– Кто это тебе пишет? Только, пожалуйста, не говори, что это Шон.

– Нет, не Шон. Это один из друзей Гаррета, – туманно отвечаю я. – Несколько хоккеистов будут сегодня в «Малоун», празднуют чей-то там день рождения. Он пишет, что мы можем присоединиться.

– Ханна тоже там?

Я качаю головой.

– Сегодня у нее репетиция.

Как и я, Ханна очень занята подготовкой к своему выпускному проекту. Она учится на музыкальном факультете, и на зимнем фестивале ей будет необходимо выступить перед кафедрой с авторской песней.

Думаю, Меган не показалось странным, что меня приглашают в компанию хоккеистов без Ханны, потому что она ничего не говорит по поводу этого. Зато произносит другое.

– Так поехали.

– Ты серьезно?

После получасового обсуждения различных вариантов того, как нам провести наши девчачьи посиделки, мы в конце концов решили поужинать в закусочной в Гастингсе. «Малоун» – единственный бар в городе, так что естественно, что мы его рассматривали, но именно Мег отвергла предложение поехать туда.

– Я думала, у тебя нет настроения ехать в бар.

Она убирает с глаз рыжую челку.

– Передумала. Хочу побыть в компании симпатичных парней.

– Правда? – удивленно спрашиваю я. – А что с новым парнем? Уже проблемы в раю?

Меган не особо распространялась про свои новые отношения, но мне казалось, что у них все нормально. Обычно она только и болтает про свою личную жизнь, но только не в этот раз. Я знаю лишь то, что ее ухажер живет в Бостоне и они видятся только по выходным.

– Нет, все нормально. – Мег умолкает. – Вообще-то, не очень. – Снова умолкает. – Все сложно.

– Знаешь, если бы ты хоть немного рассказала мне о нем, а не играла в мисс таинственность, может, я помогла бы советом…

Зеленые глаза Мег сосредоточенно следят за дорогой. Но я уверена, что если бы она не вела машину, все равно бы избегала встречаться со мной взглядом.

– Ладно, давай уже, рассказывай, что с ним не так.

– С ним все хорошо.

– Чушь. Что-то должно быть, иначе бы ты ничего от нас не скрывала. Так что это? Ему нравится поджигать амбары? Он убивает белок и делает из их меха маленькие шапки? А может, у него на лице огромная бородавка? Или…

– Тридцать семь, – перебивает меня Мег. – Ему тридцать семь.

Мои брови взлетают вверх.

– О, ничего себе. Он…

«Старый» – хочется сказать мне, но я всегда придерживалась того принципа, что возраст не имеет значения. По крайней мере, мне хочется быть настолько непредвзятой. Ведь на самом деле тридцать семь – это не так уж много. Он всего лишь на пятнадцать лет старше нас с Мег.

– Видишь? Поэтому я вам ничего не говорила. – В ее голосе слышатся обвинительные нотки. – Так и знала, что вы начнете осуждать меня.

Я поднимаю вверх обе руки.

– Я тебя не осуждаю, просто удивлена, вот и все.

На красивом лице Мег появляется выражение облегчения.