– До обеда я успел просмотреть только часть первого стеллажа, – закончил я, – и из этой первой партии ничего не исчезло. Но в описи еще много книг и полок.
– А единственный способ выяснить, пропало ли что-нибудь, это провести полную инвентаризацию, – Канеша покачала головой. – Ничего не поделаешь, придется вам продолжать.
– Значит, вы считаете смерть мистера Делакорта подозрительной? Это был не просто сердечный приступ?
Канеша некоторое время смотрела на меня, потом ответила:
– Если мистер Делакорт не принял яд сам, то это определенно убийство.
Неужели его отравили?!
– Какой ужас, – я содрогнулся и постарался не вспоминать, как выглядело тело мистера Делакорта.
– Пока нельзя исключить версию самоубийства или несчастного случая, – тон Канеши был официальным, но по ее лицу было видно, что она сама так не думает. Она была уверена, что Джеймса Делакорта убили.
– Не могу поверить, чтобы он покончил с собой, – я покачал головой. – Если бы он собирался наложить на себя руки, то вряд ли стал бы так настаивать, чтобы я провел инвентаризацию.
– Может быть, – сказала Канеша, – но пока ничего нельзя исключить. Во всяком случае, пока не появится новая информация. И то, что я сказала об отравлении, не должно выйти за пределы этих стен. Вам это ясно?
До чего же грозный у нее взгляд! Я был готов провалиться сквозь землю, словно школьник, которого распекает учитель.
– Разумеется.
Считает ли Канеша, что я вне подозрений? Я решил, что нет. Профессионализм не позволил бы ей так быстро вычеркнуть меня из списка подозреваемых. Зато она представляла, сколько всего услышит от матери, если обидит меня.
В дверь постучали. Канеша повернулась и крикнула:
– Войдите.
Офицер Граймс, молодой патрульный, открыл дверь и шагнул внутрь.
– Простите, что отвлекаю, мэм, – он быстро взглянул на меня. – Явился какой-то человек. Утверждает, что он адвокат и хочет видеть мистера Гарриса.
– Адвокат? – я нахмурился. – Но я не звонил… – И тут до меня дошло. – Это мой сын Шон!
Канеша поморщилась и встала.
– Что ж, впустите его.
Граймс прошел в комнату и открыл дверь. Шон стоял на пороге, и полицейский жестом пригласил его войти.
Шон быстро подошел ко мне, рядом на поводке семенил Данте.
– Пап, у тебя проблемы? Меня не хотели пускать, пока я не сказал, что я твой адвокат.
Дизель подошел к Данте, они обнюхали друг друга, и Данте припал к полу, приглашая кота поиграть.
– Я в порядке, – заверил я. – Отвечаю на вопросы главного заместителя шерифа Берри.
Я представил их, и они пожали друг другу руки. Данте снова и снова приглашал Дизеля поиграть, но тот был не в настроении. Шон легонько потянул за поводок, и Данте сел.
– А, я вспомнил, – сказал Шон, выпустив руку Канеши. – Ваша мама работает домоправительницей у моего папы. Она потрясающе готовит!
Трудно было придумать что-нибудь, что могло разозлить ее больше. Я ждал, что сейчас полетят искры.
– Спасибо, я в курсе, – ледяным тоном ответила Канеша.
Шон моргнул.
– Кх-м. Ну, так и что тут произошло?
– Человек умер, – сказала Канеша. – Мы проводим расследование.
– Кто умер?
Я посмотрел на Канешу, она кивнула.
– Джеймс Делакорт, – объяснил я. – Я уходил домой обедать, а когда вернулся, нашел его тело.
– Господи, – сказал Шон и помрачнел. – И у тебя точно нет проблем?
– Никаких.
– А вы что тут делаете? – Канеша навела на Шона лазерный прицел своих глаз.
– Подумал, не нужна ли отцу помощь с инвентаризацией, – Шон пожал плечами.
– Ясно. С вашего позволения, господа, у меня работа, – она кивнула Шону. – Рада была познакомиться, мистер Гаррис. К вашему отцу пока вопросов нет, но они еще могут появиться. А вот вам тут делать нечего.
И не дожидаясь ответа, она вышла из комнаты. Граймс последовал за ней. Когда дверь закрылась, Шон поежился:
– Ничего себе. Похоже, я наступил ей на больную мозоль. Что ей не понравилось?
– Это она еще мягко отреагировала, – я объяснил, как Канеша относится к тому, чем занимается ее мать. – Азалия, разумеется, делает, что хочет, и Канешу не слушает.
Шон рассмеялся:
– Я не так уж много общался с Азалией, но верю. Серьезная женщина!
Я вспомнил рождественскую стычку между Азалией и Шоном. Шон бросал свои вещи где попало, а Азалия довольно резко отчитала его – ведь он уже не маленький и должен сам убирать за собой…
– Обстановка недешевая, – заметил Шон и оглядел комнату. – Похоже, они богаты.
– Так и есть, – сказал я. – Шон, как ты догадался, что за мной нужно заехать?
– Я не хотел надолго оставлять Данте с Азалией, вернулся пораньше и решил заскочить, проверить, что тут делается. Вдруг тебе нужна помощь?
– Приезжаешь и видишь полный дом полиции, а меня допрашивает заместитель шерифа, – я покачал головой. – К такому ты точно не был готов. А уж я совсем не ожидал, что найду мистера Делакорта в библиотеке мертвым.
– Инфаркт? – спросил Шон. – Ты говорил, что в субботу, когда вы пили чай, ему стало плохо с сердцем.
– Может быть, это не просто инфаркт. Никому не говори, а то Канеша меня четвертует, но я подозреваю, что его отравили.
– Вот ужас, – сказал Шон. – Думаешь, это кто-то из родственников?
