Эмма кивнула и как только отвернулась от рыжеволосого смерча, надула щеки.
Как тут забудешь!
Растерзанный временем коридор, весь в потрескавшейся краске, был освещен одинокой лампочкой, Эмма достала ключи из кармана, услышав как из-за двери ее квартиры раздается дикий вопль в ознаменовании очередного гола любимой команды ее парня, ей сразу стало понятно, что работать придется с беррушами. Хлипкая дверь отворилась, но на вошедшую никто не обратил внимания, пока она громко не чихнула.
Хоть бы не простуда!
Привет, Эм! Как день?
Бодрый голос Стива, который выглядел, как вишенка на праздничном торте даже не опередил голос Джейсона, тот жадно допивал пиво и просто решил не отвлекаться от этого куда более важного занятия, чем приход девушки, у которой он все больше проводил время и все меньше соблюдал элементарные приличия.
Отлично!
По небольшой квартирке, худо бедно обставленной в стиле «нуар», витал потрясающий запах горячей пиццы. Несколько коробок, сложенные одна на другую, стояли на журнальном столике в обрамлении батареи уже пустых пивных бутылок.
Анна чувствовала, как взгляд Стива сверлит ей спину, пока она снимала промокший плащ. Стоило ей только повернуться и она встретилась с ним взглядом. С лица красавчика не сходила приветливая улыбка, он коротко кивнул головой на ее рабочий стол с компьютером, стоявший около широкого окна в пол.
Значит конверт с деньгами уже на месте.
Местом был старый, засаленный справочник по женским болезням, который даже в руки было страшно брать. Но Эмма специально выудила эту книженцию из мусорки, чтобы никому не пришло в голову, что ее можно в руки взять.
Пройдя до места дислокации своих гостей, Эмма устало подобрала пустые бутылки и наклонившись к Джейсону, быстро поцеловала его в щеку.
Привет, Джей.
О! Эм! Ты уже дома?
На часах было половина девятого, за окном давно стемнело и тот факт, что Эмма задержалась на полтора часа, а за окном бушевала стихий, ничуть не озадачили ее бойфренда, который набивал брюхо и не допускал мысли о тревоге за свою девушку.
Уже…, - устало усмехнулась Эмма.
Она чувствовала на себе вопросительный взгляд голубых глаз Стива и специально медлила, чтобы хоть как-то придать значимости своей жизни, втиснутой в слово «норма» и далеко от нее отстающей. Подцепив двойной кусок пиццы, Эмма выпрямилась и коротко ответила кивком.
Черты лица Стива мгновенно разгладились и он ослепительно улыбнулся.
Многие девушки растаяли бы на месте Эммы, но такой типаж мужчин был ей хорошо знаком и она давно зареклась вестись на внешность.
Красоту могли себе позволить только богатые люди. Бедные же очень дорого платили за этот аксессуар, который, порой только и находился у них в активах.
Так было и с Эммой, которую доброжелатели быстро научили одеваться «как надо» и пользоваться косметикой. При умелом обращении Эмма за считанные минуты превращалась в соблазнительную красотку, которую вовсе не метили в лучшие подружки и которой не светило ничего хорошего на улицах Бруклина. Первая работа в прокуренной забегаловке около набережной, для Эммы была светочем.
Тогда у нее впервые появились свои скудные деньги, убогое жилье, по сравнению с которым теперешняя квартира могла считаться просто роскошной и… друзья. Парень, работающий в той же забегаловке поваром, был милым и зазвал Эмму к себе на вечеринку.
В душной комнате, больше напоминающей притон, Эмму угостили кокаином, сказав, что это бесплатно и поможет ей расслабиться. Она не была наполнена моралью, после своего невеселого детства и юношества, а потому считала, что в жизни стоит попробовать все. И горько пожалела об этом, когда под кайфом ее лишили девственности и пустили по кругу. Все ночь ее тело использовалось для удовлетворения похоти наркоманов и пьяниц. Эмма мало что помнила и это сохранило ей рассудок. Единственный, кто знал о случившемся был Ларсон.
Старик не стал читать морали молодой девчонке, которая пришла к нем у слезах, ссадинах и засосах. Он отвел ее в дешевую больницу и сунул последние пятнадцать долларов, чтобы она купила таблетки для радикальной контрацепции, которые выписала врач. Эмма и себя то толком не могла прокормить, мысль о ребенке повергла ее в настоящий шок.
Посчитав случившееся провидением, Эмма, вместо того, чтобы утопать в слезах, с неделю голодала, работала на рыбном рынке, где неплохо платили, чтобы снять жилье получше. Ей жутко хотелось отомстить тем подонкам, которые надругались над ней, но винить в случившемся ей стоило только себя, тем более, что, могла сделать хрупкая девушка, которая если и участвовала в драках, то это были исключительно подростковые мордобои в приюте.
Ларсон посоветовал ей тогда рыжеволосую Дебби, которую знали многие на Фултон.
Прескверная баба, но… В беде не оставит, а это для таких как мы уже много.
