Несправедливо осужденная Рэйчел Пирс хочет попытаться восстановить справедливость, а не становиться первой женщиной Колонии, принимая участие в программе межгалактических невест. Она упряма и решительно настроена добиться оправдания и освобождения из тюрьмы тут, на Земле, но назначенная ей пара не готова ставить под угрозу ее жизнь и рисковать будущим из-за такой примитивной и пронизанной коррупцией судебной системы. Максим с Приллона Прайм сражался десять долгих лет в битвах с Ульем. Он был в плену, подвергся пыткам, как и его напарник Ристон, а освободившись, они были отвергнуты собственным народом и сосланы в колонию вместе с другими зараженными воинами-киборгами. Будучи управляющим Сектора 3, Максим должен стать примером для своих воинов и привезти невесту.
Рэйчел Пирс, Программный Центр Обработки Данных Межгалаутических Невест
«Ты не можешь сбежать от нас», - грубый мужской голос прошептал мне в ухо. В комнате было темно и я не могла разглядеть его лица, но его тон меня взволновал. Я должна была быть напугана, в ужасе, и тем не менее мое тело выгнулось на кровати от его слов, в желании. Мокрая. Трясущаяся от желания.
Я потянула оковы вокруг моих запястий, наручники были закреплены у меня над головой. Браслеты плотно прилегали, но не доставляли боли. Они убедились, что я действительно в плену и все еще цела и невредима. Я была ограничена в действиях, но мягкая упругость кровати под моей спиной успокаивала. Также как и мозолистые руки, которые скользили по моей разгоряченной коже, сгребали мою грудь, внутреннюю поверхность моих раздвинутых бедер, мой обнаженный холмик.
«Наша маленькая заключенная».
Я замерла от этого голоса. Второго голоса. Со мной на кровати был не один человек, а два. Две пары рук.
«А!» - закричала я, когда легкие эротические покусывания отозвались пламенной болью на кончиках моих сосков.Два рта.
Я не могла увидеть их лиц, но могла почувствовать их руки, слышать их неровное дыхание, ощущать жар, вдыхать их темные, пряные запахи.
«Я хочу прикоснуться к вам», - ответила я, облизывая свои засохшие губы. Я снова натянула веревки, но они были беспощадны. Мне не нужно было видеть их, чтобы знать насколько большими они были, намного больше меня. Их руки были огромными, охватывая мою талию, затмевая мою грудь, которая была отнюдь не маленьких размеров, сжимая мои колени и держа их далеко друг от друга, так чтобы мое голое тело было открыто для любой их прихоти и желания.
Я должна чувствовать панику, поскольку, казалось, я не знала этих людей, но я знала, чувствовала себя с ними в безопасности. В достаточной, чтобы быть связанной и полагаться на их милость.
Я никогда не участвовала в играх в подчинение или в любых других видах БДСМ до этого. Ни разу, даже в самую жаркую ночку. Мой сексуальный опыт варьировался между обжиманиями в старшей школе и встречами с перепихончиком в стиле «всунул-высунул-спасибо-мадам».
Это, это было что-то совершенно иное… и мне это нравилось.
Мне нравился тяжёлый вес наручников на запястьях. Мне нравилось, что не было способа избавиться от веревки. Мне нравилось, как мужчины трогают меня, возбуждая меня до страсти, которую я никогда не испытывала прежде. А они лишь прикасались ко мне.
Когда рука погрузилась между моих бедер, я выгнула спину, пододвигая бедра ближе. «Она течет. Тебе нравится отдавать контроль».
Я не знаю, что должно было бы случиться, чтобы это произошло прежде, но с этими двумя, сейчас, черт возьми, да.
Я застонала, когда почувствовала, что его пальцы гладят мои складки, обводят мой клитор, отодвигая назад его капюшон… о, черт. Его горячее дыхание.
Когда его рот накрыл мой клитор, я вскрикнула, невольно натягивая веревку. Руки на моих бедрах удерживали меня открытой, незащищенной, доступной.
Я не могла ничего поделать, а только принимать то, что они хотели и могли со мной сделать. Дать мне.
«Ты кончишь первой, потом мы тебя трахнем».
С этим не было вообще никаких проблем. «Да» - ответила я с хриплым стоном мужчине, который лизал мою киску.
Другой развлекался ртом с моими сосками, чередуя их. Я чувствовала щетину его бороды, мягкие волоски щекотали мою нежную кожу и тревожили все нервные окончания. «Ты чувствуешь это, не так ли? Наше желание, твое желание возрастает и возрастает. Ошейники объединяют нас, связывают и делят наше удовольствие».
Я почувствовала вес чего-то на моей шее, почувствовала нарастающую интенсивность желания мужчин, их превосходство, мое подчинение, закручивающееся вокруг нас как вибрирующая, красная аура. Я была возбужденнее, мокрее, чем когда-либо в моей жизни.
Я была на грани того, чтобы кончить. Я не могла бы этого остановить, поскольку я была связана веревкой и наручниками, я попалась в ловушку их внимания. Моя киска горела, набухла, пульсировала. Мой клитор болел. Мои соски щипало.
«Да, я собираюсь… Мне нужно, вот так… немного… нет!»
Мужчины знали, что я собираюсь кончить, но не только из-за моего бессмысленного бормотания или из-за того, как тряслось мое тело. Это были чертовы ошейники. Они знали, еще одно движение языком по моему набухшему клитору, еще один замечательный укус моего соска и я бы отдалась самому мощному оргазму.
Вместо этого, я была вспотевшая и жаждущая, слезы катились из моих глаз, отчаянно нуждающаяся в них. Мое тело было почти наэлектризовано от желания. Одно касание в правильном месте и я бы взорвалась.
