Отчего мысли такие радикальные в голове? Похоже, от того, что приходится идти, как и всем остальным по разбитой дороге. Грейдер и щебень поверху, который болотистая почва в себя засасывает. Где – то большие ямы, а местами очень хорошо покрытие держится. Как всегда и как везде в болотистой местности, низины сырые, вплоть до кочек и болот, а холмы сухие и местами глиной поверху отсвечивают.
Как не трудно, но теперь проще топать к намеченной цели, что за бугром прячется. Пока наверх дорога идёт, чтобы путников помучить, а потом дорога под горку пойдёт и лошадям легче и людям. До крупного села от вершины бугра километров пять или шесть и метров двести в сторону от дороги надо пройти. И на сегодня всё. Больше никуда не пойдёт отряд по плану до утра, но с грузом на телеге стоит разобраться и банно – прачечные процедуры провести, насколько возможно.
Когда вышли на бугор, то у Ивана внутри ёкнуло. В кювете по правую сторону дороги лежал на боку обстрелянный ранее автомобиль, полуторка. Водитель, похоже, не справился с управлением. Что – то помешало вовремя довернуть руль в нужном направлении, ибо на вершине дорога резко поворачивала влево. Дорожники накуролесили. Водитель расплатился, а с ним и пассажиры. Вид как в песне, где «четыре трупа у машины собой дополнили пейзаж». Тела уже окоченели, пока отряд своими делами занимался и потом шёл до этого бугра. Дорога пустынная, окрестности словно вымерли.
Ну, что сказать? Пришлось трупами заняться и их имуществом. Иван разбирался с оружием, машиной и вещами, а остальные начали рыть братскую могилу. Как и думал Иван пулемёт и ППД были те, что увезли мотоциклисты, которых отправлял он на разведку в город. От пулемёта шёл запах гари, который ни пороховой дым, ни оружейное масло не смогли перебить. Всё оружие было убрано в телегу, ящики с патронами вскрыты, упаковка брошена, а цинки загружены в телегу.
Иван проверил вещмешки, людей четверо, а вещмешков семь. Что сказать? Хорошо жили люди. Сменное бельё и запасная форма у каждого в наличии, а остальное пространство продуктами заполнено. Поразил вещмешок с золотыми монетами в колбасках, драгоценности и камушки в мешочках и плотно набитая сумка для инкассации под пломбами. Эту находку сразу пришлось на дно телеги поглубже засунуть. Интуиция говорила, что другим про этот вещмешок знать опасно. Параллельно мозг предположил ситуацию, что будет, если другие узнают и пожелают завладеть ценностями. Этот вариант, самый плохой и надо молчать, а лучше делать ноги от своего отряда.
Сотрудников НКВД похоронили в одном исподнем, повесив каждому на шею алюминиевую ложку с процарапанной фамилией и званием, согласно документам. Тела поверху укрыли шинелью и засыпали землёй, установив крест и руль. Машину подожгли.
Дальше пошли нагруженные как ослики. Все, кроме командира. Новый груз на телегу не помещался, если его просто сложить, а поэтому на девушек повесили вещмешки сотрудников НКВД и парочку других, не озвучивая их содержимое. Про содержимое двух «сидоров» часть, из которого составляли тротиловые шашки, а часть детонаторы, взрывная машинка и провод лапша, не то что говорить, а думать не хотелось.
Намеченное село вроде пока не под немцами, но как знать. Иван поэтому, просмотрев контейнеры с грузом десанта, вручил каждой девице карабин Маузера тридцать три на сорок в исполнении для горных егерей, два из которых имели оптический прицел, на малых дистанциях боя, очень существенно повышающего точность огня. Пристегнули штыки, навесили подсумки с патронами и в путь. Тяжело? Так кому сейчас легко? Война!
Так и вошли через два часа в село в камуфляжных куртках и с вражеским оружием в руках. Только отряд подошел к первым домам села, а жители почти с хлебом и солью высыпали на встречу гостей. Пришлось их огорчить и разъяснить, что сегодня тех, кого они хотели встретить уже не будет, а появятся они не ранее завтрашнего дня или даже немного позже.
Что касается текущего момента, то отряд красноармейцев желает встретиться с представителями Советских органов власти, такими всем ненавистными коммунистами, комсомольцами и обязательно сельскими активистами. Это ничего, что они все сбежали из села в погреба граждан ненавидящих советскую власть. Пока все в селе должны понять, что сегодня в селе правят Советы. Срок правления аж до утра следующего дня. Поэтому ранее названные категории граждан надо представить для общения прямо сейчас. Со своей стороны, бойцы Красной армии сделают всё возможное, чтобы удержать обиженных от расправы над усомнившихся в Советах. Очень не хотелось бы проводить операцию по задержанию не вполне сознательных граждан и случайно не спалить деревню раньше прибытия немцев. Они это обязательно сделают, раз жители деревни занимаются самодеятельностью и идут против закона и порядка.
