— Но в качестве императорского поезда он, как по мне, уже никуда не годится. — Окинув взглядом все вагоны, насколько только хватало расстояния, я принялся уточнять, — Вы же однажды уже побывали в железнодорожной катастрофе и должны прекрасно помнить, что стало с теми деревянными вагонами, — напомнил я Романову о сходе с рельс состава аж 20 лет назад, когда императором являлся ещё Александр III.
— Да. Такое не забудешь, — как-то отстранённо кивнул государь, видимо, уйдя на время своими мыслями в воспоминания о тех событиях.
— А ведь техническая мысль тем временем уж точно не стояла на месте. Те же американцы уже начали осваивать технологию производства куда более крепких и надёжных вагонов, выполненных исключительно из стали. Тогда как мы на своём заводе в Харькове, уже лет пять как изготавливаем бронированные поезда и дрезины. Тут, уж простите, сам Бог велел задуматься о заказе новейшего добротно забронированного и максимально крепкого цельностального состава для перевозки вас и ваших близких, — выдал я на гора.
А чего время зря терять? То, что мы находимся как бы в отпуске, не должно мне мешать подыскивать дополнительную работёнку для ХПЗ. А то после завершения войны с Японией, боевую железнодорожную технику у нас как-то резко перестали покупать.
Люди и производственные мощности при этом, конечно, не простаивали. И паровозы, и автомоторисы, и трактора завод изготавливал в достойных объёмах, даже не смотря на несколько прошедших на нём крупных стачек.
Но нам кровь из носу требовалось постепенно перенимать передовой опыт и отходить от «деревяшек», чтобы не отстать от мира на очередные десятилетия. И почему бы первым заказом чего-то подобного было не стать новому императорскому составу? Престиж опять же какой-никакой для предприятия. Что отнюдь немаловажно!
— Хм, — окинув вслед за мной своим взглядом вагоны, задумчиво хмыкнул император, которому, видимо и хотелось, и кололось. Хотелось, понятное дело, получить описываемые мною куда более безопасные вагоны. Кололось же финансирование подобного приобретения из своего кармана. Ведь, кто бы что ни думал, но лишних личных средств у императора не сильно-то и много водилось. Что ни говори, а ежегодных трат, связанных с содержанием двора и семьи, имелось у него с избытком. А тут ещё я, искуситель, вылез со своим очередным предложением, явно тянущим на миллионные затраты. — Вы полагаете, что блиндирование вагонов нам действительно необходимо? Всё же поезд — это не автомобиль. Побольше будет. — Предпринял он попытку убедить хотя бы самого себя, что пока и на таком составе поездить ещё можно.
— Я всё же полагаю, что необходимо, — решил настоять на своём. — Ведь если даже исключать вариант возможного подрыва на фугасе, — а я знал, что его отца и деда не единожды пытались укокошить именно путём закладки фугаса под железнодорожные пути следования царских поездов, — современные пулемёты не оставят ни малейшего шанса на выживание пассажирам деревянных вагонов.
— В каком смысле? — тут же подобрался император, чей взгляд из блуждающего стал весьма цепким и хмурым.
— Просто я в пути от безделья прикидывал, как легче всего было бы организовать нападение на подобный состав, — принялся пояснять свою мысль, отмечая, как вокруг у всех присутствующих на перроне уши начали чуть ли не шевелиться в попытке повернуться в нашу сторону. — И пришёл к выводу, что самым простым способом было бы подкатить в самый последний момент к железнодорожному полотну полдюжины крытых телег, в которых размещалось бы по 2 станковых пулемёта в каждой, да и расстрелять разом из дюжины подобных «машинок смерти» все пассажирские вагоны проходящего мимо поезда. Уж поверьте мне на слово, та плотность огня, что сможет создать дюжина творений господина Хайрема Максима, не оставит никому из пассажиров ни малейшего шанса на спасение. Ленты-то там можно сшить и на 500 и даже на 1000 патронов, так что в процессе им даже перезарядка не потребуется. Превратят вагоны в дуршлаг за считанные секунды. Достать же нынче пулемёты, даже станковые, вполне возможно любому частному лицу. Были бы средства. Я себе домой, к примеру, две штуки прикупил. Правда, не нашего изготовления, а выделки завода Виккерса, что помогло мне обойти закон о запрете приобретения оружия отечественного армейского образца.
— Зачем? — слегка опешил от такого откровения монарх, мгновенно припомнив, что наш дом так-то находится как раз напротив Зимнего дворца. Он сам не единожды проходился по нему своим взглядом, когда рассматривал окрестности в окно своего рабочего кабинета.
