На самом деле «наших» я вычислила сразу. И как же мне нравятся «наши»! Бугай сражается не слишком технично, но, учитывая численность противников, – очень результативно. И рычит, как разбуженный пинками медведь. Кажется, парень поймал кураж – фарт ему в помощь! Зато второй боец – это нечто невообразимое! Невысокий и мощный, как буйвол, он как будто и не дерётся… Он играет и танцует!.. И явно кайфует! Танцующий терминатор! Невероятная мощь и звериная грация в одном титановом флаконе!
– Ой, смотри, смотри… Ай, красава! – дёргаю рыжую за рукав, а она разглядывает меня с недоумением и очень тихо спрашивает:
– Слушай, а тебе что, совсем не страшно? И… тебя папа с мамой не потеряли?
Кажется, она приняла меня за малолетнюю искательницу приключений. А сама-то… совсем ведь ещё девчонка. Только росточком с телебашню. Но о-очень красивая! Я невольно залипаю на её разномастных глазах… Бывает же такое чудо! Один глаз у неё карий, а второй… А-а, хрен тут разберёшь в темноте! Другой, короче! Но очень необычно! А ещё… мне кажется, что девочке страшно… И я неожиданно для самой себя выдаю:
– Меня зовут Аика, и мне девятнадцать. А ты, кстати, молодец – не истеричная. Не то, что эти, – киваю в сторону подвывающих вражеских мартышек.
Рыженькая рассеянно оглядывается, кивает и лепечет неуверенно:
– Надо же, наверное, полицию вызвать…
– Ни к чему нам здесь полиция, сами разберёмся, – заверяю твёрдо, но, встретив сомнение на симпатичной мордашке, терпеливо поясняю: – Полагаю, максимум, минут через пять лягут все. Этот буйвол знает толк в бое.
Я киваю на Терминатора, которому усталость, похоже, неведома.
– О, Господи! – бормочет рыжуля и, проследив за её взглядом, я холодею…
– Да, кажется, не повезло парню, – выдаю очевидное и чувствую, что мне вдруг нечем дышать…
Аика
Но отчего-то я уже точно знаю, что это он. Об этом гулко и часто грохочет сердце… и глаза заволакивает влажной пеленой. Он лежит на противоположной стороне этой мясорубки и…
Рукоятка нунчак прирастает к ладони, а я не свожу глаз с парня, распластанного на промёрзшей земле. Рванув к нему, я не сразу заметила Рыжую. В отличие от меня, она обходит побоище вдоль забора и тоже спешит к Кириллу.
Эта несвоевременная мысль просвистела одновременно с возмущённым рычанием какого-то запыхавшегося упыря:
– Охереть! А ну брысь отсюда, мелочь сопливая!
– Сам брысь!
Короткий выброс – и грубиян переходит на поросячий визг, а его руки беспомощно повисают вдоль тела. Уже не боец. Отпрыгиваю в сторону и широким замахом подбиваю ноги следующих «клиентов». Три ноги – два горизонтальных тела. Их вопли тонут в общем гвалте, и я по-прежнему остаюсь бойцом невидимого фронта. Вот только предательские мысли так некстати таранят мой мозг:
Идиотские размышления лишь на секунду парализовали внимание и едва не лишили меня привлекательности. Я всё же успеваю увернуться от летящей подачи, а моя запоздалая реакция стоит налётчику передних зубов.
Рыжая уже у цели… И, чувствуя, как начинают подрагивать мои руки, я ухожу от кровавого рубища. Мастер сейчас нашёл бы для меня мотивацию и «утешительное слово». Но где он, мой мастер?.. Теперь я за него.
Однако не все со мной солидарны – какой-то лысый отморозок замахивается на лежащего Кира… Чёрт, не успеваю!.. Зато успевает Рыжуля! Она со всей дури врезается в мужика и сбивает с ног. Есть!
Лысый вскочил очень быстро. Но ненадолго. Пока всё его внимание сосредоточилось на испуганной Рыжуле, я успеваю атаковать этого урода с тыла. Перекинув через его лысую башку шнур, резко дёргаю рукояти на себя и, подтянувшись, вскакиваю ему на спину. Жаль, я не могу видеть его глаз. Дёргаясь и хрипя, лысый волчком закрутился на месте в бессильной попытке ослабить на горле шнур.
– Ты ж его задушишь! – испуганно верещит Рыжая, а лысый, наконец, послушно падает на колени.
Давно бы так! Освободив его горло, я спрыгнула на землю и обеими рукоятками «поцеловала» бритый затылок.
– Я же говорила, что мы быстро управимся, – я киваю на «наших» уцелевших бойцов. Теперь на поле боя звучат только стоны, смех и рычащий весёлый бас Терминатора.
