Сделано в Швеции полностью

По возвращении они по очереди дежурили, пока остальные спали. Но Феликс вообще не спал, смотрел на звезды, белые точки на иссиня-черном небе, словно выступившие из почвы капельки влаги. Его одолевали дурные предчувствия.

Всю ночь в лесу царил полный покой. Единственный звук – редкий собачий лай. Вероятно, какая-то псарня.

Проснулись они в пять утра. Завтрак – кофе из термоса и прихваченные из Стокгольма бутерброды.

День начали с того, что залили в бензобак горючее из четырех канистр, привезенных из Стокгольма, – вряд ли можно рассчитывать, что в краденой машине будет достаточно горючего. Потом сели на походные койки, разложили подробные карты, составленные по аэроснимкам и похожие на художественные гравюры, и еще раз прошли все три параллельных ограбления.

Лео в одиночку ограбит банк № 1, Винсент и Яспер возьмут банк № 2, а затем уже втроем они возьмут банк № 3.

Все это время Феликс через люк в крыше автомобиля будет вести наблюдение за въездом и выездом из города. Прорезать люк – последняя подготовительная задача, и он как раз ее завершал, доставочный фургон лишился большого круглого участка крыши. Пот градом лил со лба в глаза, их уже щипало.

– Винсент? Не поможешь?

Младший брат открыл скрипучую боковую дверцу и стал на сиденье, отжимая вверх почти отрезанный кусок металла. Вместе они оторвали его и выбросили в канаву.

– Феликс?

– Чего?

– Это плохо кончится.

Винсента обуревала та же тревога, что держала Феликса всю ночь без сна.

– До сих пор у меня никогда не было такого предчувствия.

– Я за рулем. И пока я здесь, все будет хорошо. Верно?

Он хотел в это верить. Но не получалось.

Последний раз.

Именно к этому они и стремились. Три банка разом в надлежащее время. Десять миллионов, пятнадцать, а то и двадцать. Тогда им хватит денег. Вот о чем шла речь. Добыть достаточно бабла. И совершить то, чего никто еще не совершал.

– Последний раз, Винсент. И мы исчезнем. И никто никогда больше не услышит о Военной Банде.

Свет совсем другой. В лесу он был тусклее, зеленее, но здесь, в машине, припаркованной наискосок от трех банков, свет, струящийся в кабину через люк в крыше, казался Феликсу другим: более резким, делающим все вокруг намного отчетливее. Он и пулемет увидел как бы впервые. Хотя тот пролежал у них в арсенале больше полугода, Феликс никогда не видел его так близко. Одиннадцатикилограммовое оружие в руках, металлические патронные ленты, свисающие с обеих сторон. Автоматическая винтовка, которая раньше лежала у него на коленях во время ограблений, в машине отхода, была маленькой, невидимой, а это – зверюга, огромная белая акула, а не щучка. Он установил треногу, согнулся в тесном пространстве, стараясь поудобнее ухватить неуклюжую штуковину, поднял пулемет над головой и через люк выдвинул на крышу. Ленты с боеприпасом загремели, лязгнули, как кольчуга, и он прижал их рукой, чтобы утихомирить.

Зона военных действий – вот на что все это похоже. Как в иных теленовостях, гражданская война, партизан лежит на холме, обстреливает деревню. Теперь он сам партизан, высовывает голову из импровизированного люка, смотрит поверх пулеметного ствола на людей на площади типичного шведского городка.

Три банка в примыкающих друг к другу зданиях чуть в стороне от центральной площади. Яспер и Винсент уже входили в Скандинависка Эншильда банк, и Феликс слышал, как Яспер кричал персоналу и клиентам: Все на пол, черт побери! В Коммерческом банке операционистка услышала по соседству выстрелы, а глянув в окно, увидела Феликса, вооруженного пулеметом и наблюдавшего за дорогами, ведущими на площадь и с площади. Потом она заметила еще одного человека в черном и в маске. Но он не остановился у ее банка, прошел дальше, к следующему, поэтому она заперла входную дверь и спряталась за прилавком.

Мимоходом Лео слышал, как операционистка запирала дверь банка, который они втроем ограбят ровно через сто восемьдесят секунд. Но вот этот, Сберегательный банк, он возьмет в одиночку.

– Слушайте меня внимательно, – крикнул Лео, открыв дверь. – Это ограбление. Поэтому всем придется лечь на пол. Лицом вниз, вытянув руки перед собой. Будете со мной вежливы, как я с вами, и через пять минут встанете и пойдете домой к семьям.

Он огляделся и сообразил, что, отрабатывая в гараже ограбление одного банка, все равно что отрабатываешь грабеж всех банков – они не слишком отличались друг от друга, кассовый прилавок впереди, чуть дальше кредитная стойка, а хранилище в том же отсеке, где сидит персонал.

Невозможно предусмотреть только количество людей внутри и их реакцию.

Клиентов оказалось трое – две молодые женщины, примерно ровесницы Аннели, и мужчина постарше в сером пальто вроде того, какое весной всегда носил его дед. Кроме того, четыре банковские сотрудницы – три за прилавком и одна только что вошедшая с чашкой кофе.

Все они выполнили его требование.

Легли на пол, лицом в блестящий плиточный пол.

– Вы, с кофе.

Кассир аккуратно поставила чашку с горячим кофе на стол, потом легла на пол.