- Нет, - я отпрянула в сторону и скоро оказалась вне досягаемости её рук.
- Всё равно долго не вытерпишь. Отдашься, как миленькая…
- Не так быстро, как ожидаешь.
- Поспорим?
- Не сомневаюсь, будет волшебно.
Оставшись одна, я перебирала на столе предметы, настраиваясь на рабочий лад. А все мысли крутились, как заезженные, на женщине, покинувшей кабинет. И эти преображения лица. Её жаждущие просящие губы. Обещающие.
- А что, Мафии не будет? - Анастасия свалилась как снег на голову.
- Можете попросить Татьяну Констатиновну. Или сами собраться.
- У вас другие планы?
- Да.
- Понятно, значит, не будет… - тянула она резину, словно кроме затрещины, обещались от той молочные реки - кисельные берега. - Надеюсь, достаточно интересные?…
Я вперила в неё красноречивый взгляд.
- Возьмёте меня с собой? - как ни в чём не бывало, продолжила она. - Я бы повеселила.
- Может, ещё чего? - вот ведь наглость восьмидесятого уровня. - Скажите сразу.
- Да ладно, я шучу, - Анастасия смущённо улыбнулась. - Ещё… Я сдавала на проверку…
- Да, всё хорошо, ошибок нет, - я помолчала. - Молодец.
- Хоть на словесном поощрении спасибо, - туманно произнесла Анастасия.
Я поймала себя на мысли, что изучаю её губы, как инструмент известных удовольствий. Она применяла его весьма пытливо в отношении меня. “Да что со мной такое?” - подумала я в стиле плохого женского романа. В лучших традициях, дальше мысли расползались ниже пояса. Причём, достаточно откровенно, судя по опасному назреванию в глазах моей собеседницы.
- Две недели - небольшой срок, - хрипотца выдавала меня, но я верила, что в танке. - Положительно покажете себя, оформим в штат. Не за горами.
- Покажу… - она обошла стол, становясь рядом. - Но вы ведь знаете, что я не о том поощрении?… - дёрнула она бровями, и я ощутила выстрел гипнотического взгляда на своих губах.
- Каком же? - она склонялась, и я понимала, будто в замедленной съёмке, что произойдёт дальше.
Первое стремление - отвергнуть, увернуться - растворилось само собой. Нелепое желание испить вкус их родства смешало карты. Я отвечала с языком. Девичьи сладкая, она ахнула мне в губы, борясь и подлаживаясь с его изучающими набегами. От былой самоуверенности остались лишь трясущиеся коленки.
- Ты вроде Риту обвораживала, - прервала я.
- Вы обе мне нравитесь, - искренне выдала Настя. - Тебе нужно знать про меня кое-что… Я полигам.
- Вы целовались?
- Есть один нюанс, - довольная улыбка не сходила с её лица. - Рита, конечно, легка на словцо и всё такое… Но она гетеро, - заверила Настя с непреложносностью бытия.
- Неужели? - эта байка била рекорды живучести. - Я думала, сложности - твоя стихия.
- О, она проста, как дважды-два… Просто - гетеро, - с тем же снисходительным самодовольством изложила дела Настя.
Тут я рассмеялась вслух. Если она проста, да ещё как дважды-два, мы жили явно в разных вселенных.
- Колись, тебе ведь она тоже нравится? И чему ты смеёшься?
- Ага, раскололась, как дешёвый китайский фарфор, - я тушила приступы веселья.
- Дорогой тоже колется. Так тебя не смущает, что я поли?
- Полли? - я приподняла бровь. - И что? У тебя несколько жён?
- Пока ни одной, но… я могу любить нескольких людей, - она выглядела обеспокоенно. - Считаешь, это плохо?
- Честно? Мне плевать, кто ты.
- Это значит… - её совсем не опешило, а даже наоборот: - Сходим куда-нибудь вечером?
- Может быть… А пока, сделай милость, принеси кофе, пожалуйста.
- С радостью. Только не называй меня Полли.
- Ещё скажи не бросать в терновый куст.
- Ха-ха… Можно я подумаю над этим?
Дверца авто захлопнулась.
- Я думала об этом весь день… - её ладонь легла на мою коленку, и она потянулась за поцелуем.
- Стоп-стоп, - тормознула я, резко дёрнувшись и задевая руль. Недавно я обновила модель Ауди, и находилась в стадии налаживания отношений. Незаметно погладив “ушиб” руля, я подивилась собственной суеверности, не понимая, откуда это взялось. - Не сейчас.
- Думаешь, все так и ждут, чтобы позырить в твою тачку? - усмехнулась Настя, трактуя мою оторопь в личный козырь и норовя вернуться на позиции. - В такой-то внеурочный !…
Задняя дверца отворилась, и Настя чуть не подпрыгнула на полуслове, как на батуте. Точь-в-точь Анна Каренина, мученница школьных сочинений, где “открывшаяся дверь закрыла рот”, а поезд “долго влачил её жалкое существование”.
- Привет, - Рита размещалась в салоне за моей спиной.
- Г-ди!… Нельзя же так пугать! - выдохнула Настя. - Чуть сердце не выскочило! Я ещё пожить хочу.
- Привет, - отозвалась я, заводя мотор. - Насть, ты не пересядешь на заднее? А Рита вперёд.
- Мне и тут не дует, - промолвила Рита, а я думала о той ювелирной “вещице”, которая делает её голос таким тягуче-зыбким…
Поволока, нещадно дробимая целеустремленностью, рядила всё яркими красками.
- А вы типа… - Настя взбудораженно маячила пальцем в обе стороны. - Тусите вместе?
- Светлая голова! На пять с плюсом, - язвила Рита.
Она склонилась к моему уху, вдали от Насти, чтобы та не слышала:
- Да ты издеваешься!…
- Попробуй расслабиться, - шукнула я также набок. - Представляешь, а Настя полигам, - огласила я новость дня.
