Вошел Донахью, похлопал Друри по спине и сказал:
- Пришел посетитель.
Тот кивнул на Голдстоуна и приказал Донахью:
- Запри эту жирную сволочь.
- Ты ничего не добился, - заявил Голдстоун.
Друри указал на него.
- У нас есть кровавые отпечатки пальцев в этой квартире. Подумай о тех, которые ты оставил в твоей камере, умник.
Мы вышли в коридор.
- У тебя правда есть кровавые отпечатки пальцев? - спросил я у Друри.
- Да, с кухонного шкафа, - ответил он, направляясь своему офису. Я пошел следом.
- Ты думаешь, Сонни - твой человек? - Возможно. Но он прав в одном: у него действительно стереотипная физиономия. Еще один партнер Ники Дина Томас Степлтон, которого мы сейчас разыскиваем, мог быть братом Голдстоуна. Как и Джона Борджиа, который был связан с Даго Мангано еще одним партнером Дина. А отпечатки пальцев принадлежат женщине или маленькому мужчине - не Сонни Голдстоуну. Сейчас мы опрашиваем с дюжину мужчин - служащих "Колони клаба", которые работали вместе с Эстелл, - и еще ее бывших подружек, с которыми она жила в одной комнате. А есть еще этот любимец публики Эдди Мак-Граф, которого задержали по нашей просьбе в Нью-Йорке. И подозреваемый в краже мехов из Норт-Сайда, на след которого мы вышли. И все это кроме тех тридцати с лишним господ, чьи имена и телефоны записаны в маленькой черной записной книжке Эстелл.
- Господи! Почему бы тебе не собрать всех этих подозреваемых на чикагском стадионе и не выключить свет?
Друри остановился перед закрытой дверью своего кабинета.
- Все станет еще хуже. Но я пригласил тебя сюда не только для того, чтобы ты послушал, как молчит Сонни Голдстоун. Здесь нас ждет один человек, который может кое-что доказать.
Я вошел следом за ним в его кабинет, которого хватало лишь на то, чтобы с удобством разместить там письменный стол, картотеку и пару стульев; на одном из них сидела хрупкая женщина, которая уже приближалась к сорока. Она смотрела на пустой стол и ждала, когда Друри усядется за него. Он сел, кивнув ей и улыбнувшись.
- Это миссис Цирцелла, - промолвил он. - Спасибо, что вы добровольно пришли повидать нас.
- Почему бы и нет? - вежливо ответила жена Ники Дина с легким итальянским акцентом, - я же не преступница.
Она была хорошо одета. Поверх синего костюма было надето черное пальто из персидской шерсти, а на голове была синяя фетровая шляпа с широкими полями. Темное платье придавало ей траурный вид. Ее овальное лицо было бледным, отчего ее чувственный рот, накрашенный красной губной помадой, казался удивленным. Рядом с пухлыми красными губами была очаровательная родинка, и можно было подумать, что, глядя на нее, Ники Дин сошел с ума или что-то в этом роде. Даже с такой конфеткой, какой была Эстелл Карей, не стоило забывать это очаровательное существо.
Жадность, конечно. Это она объединила Эстелл и Ники.
Я просто стоял и слушал, прислонившись к стене. Полицейская стенографистка проскользнула в комнату и заняла свое неприметное место в углу, когда Друри спросил:
- Вы не возражаете против того, чтобы мы записывали за вами, миссис Цирцелла?
- Конечно, нет. Я примерная гражданка. И всегда сотрудничаю с властями.
Если в ее словах и был сарказм, я его не услышал.
- Я пришла по вашей просьбе, - проговорила она, - хотя, признаться, не слишком-то хорошо понимаю, почему вы хотите допросить меня в связи с убийством. Тем более что оно было совершено, когда меня не было в городе.
- А где вы были второго февраля? - спросил Друри.
Цирцелла невинно моргнула длинными ресницами, ее глаза были большими, карими и прекрасными.
- Конечно, я была в Нью-Йорке. Я остановилась в отеле "Аламак". Чтобы быть ближе к моему мужу в годину испытаний. Вы знаете, мы с Ники вместе узнали о ее смерти.
- Нет, я этого не знал.
Она нервно вертела в руках кружевной платок.
- Мы сидели возле зала заседаний Большого жюри в здании суда Соединенных Штатов в Нью-Йорке, когда кто-то принес нам копию чикагской газеты. Кажется, это была "Геральд-Американ". На первой странице был снимок Эстелл, но сначала я не узнала ее. Но я узнала ее имя. Повернувшись к Ники, я спросила: "Эта девушка работала у тебя?". Он посмотрел на фотографию ответил: "Да". А потом сказал: "Дай мне почитать эту газету".
- А что он должен был сказать?
Она опустила глаза.
- Он сказал: "Бедная девушка".
- Ясно. Давайте начнем с начала. Вы знали об Эстелл Карей?
Цирцелла отрицательно покачала головой.
- Нет, я не была с ней знакома. Я знала, кем она была, но мы никогда не разговаривали. Я бы даже не узнала ее голоса, услышь его сейчас. Конечно, время от времени я ее видела за игорными столами в клубе "Сто один" и в "Колони клаб", которые принадлежали Ники.
Друри улыбнулся, но нахмурил брови. Эта женщина была или очень наивной, или очень хитрой. В любом случае, это его раздражало.
- Миссис Цирцелла, я не спрашиваю у вас, были ли вы знакомы с Эстелл. Я спросил, знали ли вы о ней. Под этим я подразумеваю...
Она облизнула пухлые губы.
- До меня доходили слухи о том, что у них с Ники были какие-то отношения. Но я никогда не верила этим сплетням.
