В эту же секунду у меня из рук забирают все мои вещи. Косясь на громил с каменными лицами, захожу вслед за Плюхановым в уютную кофейню. Большой открытый зал, лаунж-музыка, запах кофе. Очень привычная и понятная для такого места обстановка. Только вот обычно в таких заведениях я расслабляюсь, а сейчас напряжена настолько, что все тело вибрирует.
Плюханов подводит нас к дальнему столику у окна, и я сажусь на темно-бирюзовое кресло с высокой спинкой. Олег остается стоять.
– Что тебе заказать?
– Спасибо, я ничего не хочу, – выдавливаю из себя, бросая еще один взгляд на громил, которые остались снаружи кофейни, и теперь поглядывают на нас через огромное окно.
– Тогда выберу сам.
Развернувшись, Плюханов уходит к бару, а я мечусь взглядом по помещению. Может, взять у кого-то телефон и позвонить? Номер мужа я еще не запомнила, но хорошо помню папин. Он мог бы связаться с Алексеем и…
Сглатываю, глядя, как один из охранников Плюханова заходит в кофейню и садится за соседний столик. Я утыкаюсь взглядом в отполированную до блеска деревянную столешницу низкого столика.
Через минуту Плюханов устраивается напротив, а за ним идет официантка. Она ставит перед ним чашку черного кофе, а передо мной – какой-то латте в высоком стеклянном стакане. Сверху на пышной пене фиолетовая посыпка. В другое время я бы с удовольствием насладилась напитком, но сейчас не смогу сделать и глотка.
– Вы хотели поговорить, – напоминаю Плюханову, который спокойно высыпает в чашку два пакетика сахара и методично размешивает его в горячем напитке.
– Да. Сема, погуляй, – кивает громиле, и тот, встав из-за стола, идет на выход. – Как семейная жизнь, красавица?
У меня просто скулы сводит от этого человека! Как можно так беззаботно любопытствовать о моей жизни после всего, что он сделал?
– Нравится, – выдавливаю из себя.
Плюханов склоняет голову набок и, внезапно подавшись вперед, берет меня за руку. Я хочу вырвать ее, но его хватка усиливается. Тянет к себе, заставляя податься немного вперед. Если не смотреть на мое перекошенное от страха лицо, наверное, со стороны мы выглядим, как влюбленная парочка.
– А не должна, – тихо говорит он.
– Что – не должна? – переспрашиваю, не понимая, о чем он говорит.
– Твоя семейная жизнь не должна тебе нравиться, – поясняет он.
– Почему?
– Потому что ты спишь в постели с убийцей.
Выдернув наконец руку, отодвигаюсь назад настолько, насколько позволяет кресло. Сверлю Плюханова взглядом.
– Это не ваше дело, с кем в постели я нахожусь. Можно я уже пойду?
– Нет. И это меня касается, Танюша. Я же хотел жениться на тебе, если ты забыла. А ты променяла меня на убийцу. Спроси как-нибудь своего муженька, сколько людей он замочил. Ты удивишься. Не на каждом канале по телеку таких маньяков показывают.
Волоски на моей голове буквально начинают шевелиться, а кровь стынет в жилах. Я не хочу верить Плюханову. Ну не может мужчина, который так проникновенно поет лирические песни и покупает мне рояль, быть таким! Не верю!
– Ты думаешь, откуда у него все то, чем он владеет? У него отец был военным, а мать… ну, тоже не бизнесвумен. Это я к тому, что сколотить такое состояние к двадцати семи годам физически просто невозможно, согласись. Если ты не наследник какой-то империи, то шансы практически равны нулю.
– Вы тоже не ходите в рванье, – парирую я.
– Так я и не прикидываюсь интеллигентным. Но и людей не убиваю. Честным путем так много денег вообще не заработать.
– Я бы поспорила.
– Ну поспорь, – хмыкает он.
– Но не стану. Это все, что вы хотели сказать?
– Я просто хотел, чтобы ты знала, за кого вышла замуж. Ты кофе-то пей. Говорят, вкусный.
– Спасибо, – выдавливаю из себя через силу, однако к стакану даже не прикасаюсь. – А насчет моего мужа… я вас услышала. Что-то еще? – бросаю с вызовом.
Знаю, что играю с огнем, но наличие людей в торговом центре придает мне немного смелости. Правда, я все время пытаюсь отыскать взглядом своего сегодняшнего сопровождающего. Но этот Алик – или как там его – куда-то запропастился.
– Ты сделала неправильный выбор.
– Я уже поняла вашу позицию по этому поводу.
– Какая ты дерзкая, – он легонько дергает головой и криво усмехается. – Я все это говорю к тому, что все еще могу спасти тебя от Грома. Ты можешь выйти из этого торгового центра и сесть в мою машину. Я увезу тебя так далеко, что он не найдет.
Горло сковывает ужасом. А ведь он и правда может. Даже если охрана центра или кто-то из посетителей вызовет полицию, они просто не успеют приехать до того, как Плюханов увезет меня в неизвестном направлении.
– Но это возможно, только если ты согласишься.
– А если не соглашусь? – сипло спрашиваю я.
Плюханов прищуривается и всматривается в мое лицо. Меня затапливает паника. Но она сразу же немного ослабевает, когда я вспоминаю, что мои родители находятся под постоянной охраной. С другой стороны, я в торговый центр тоже не одна приехала. И где мой охранник? Как сквозь землю провалился.
