Алексей делает все, чтобы смутить меня. Кажется, он поступает так намеренно, потому что ему нравится, когда я схожу с ума от застенчивости. Господи, да я только недавно невинности лишилась, а он уже атакует меня такими откровенными намеками!
Занеся меня в спальню, Леша захлопывает ногой дверь и несет меня к кровати. Ставит возле нее на пол и выгружает на прикроватный столик из карманов телефон и пачку сигарет с зажигалкой. Потом одним резким движением стягивает с себя футболку. Я жадным взглядом прослеживаю рельеф его мышц. Кожа смуглая и гладкая. Мне очень хочется провести по ней пальцами, что я и делаю.
Касаюсь ладонью бицепса и ласково глажу, жадно следя за своими действиями. Леша замирает и тоже смотрит на мою руку.
– Когда ты занимаешься спортом? – спрашиваю тихо. – Мне кажется, ты всегда работаешь. А когда свободен, то спишь, ешь или… слушаешь музыку, – решаю пока не говорить о гитаре, раз он избегает этой темы. Чуть позже спрошу.
– Нахожу время, – отзывается он хрипло, пока я скольжу с бицепса на грудные мышцы.
Очерчиваю их пальцами. Они кажутся какими-то стальными. Твердые и мощные. Спускаюсь ниже, пересчитывая кубики на животе. Уже хочу убрать руку, но Леша качает головой.
– Продолжай, – сдавленно произносит он. – Спустись ниже.
– Я…
– Давай, малыш. Прикоснись к моему члену.
Опускаю взгляд и сглатываю, видя, как топорщатся брюки Леши. Стоит члену дернуться сильнее, как мои глаза распахиваются. Встречаюсь взглядом с мужем.
– Не бойся, – говорит он. – Прикоснись. Сделай мне приятно. Ты же хочешь этого?
Неосознанно киваю и накрываю ладонью твердость. Леша шипит и прижимает мою руку своей. Сдавливает, а я пугаюсь.
– Тебе больно?
– Мне будет больно, если ты сейчас остановишься.
Сжимает мою руку сильнее, заставляя практически обхватить член, но мешает ткань. Тогда второй рукой Леша сдергивает ее, выпуская ствол на свободу. Я ахаю, когда вижу его во всей красе. Идеально ровный, гладкий, большой, с налитой кровью головкой. По всей длине ствола вьются толстые вены, которые как будто вздулись.
– Давай, – командует Леша и подносит мою руку к члену. Заставляет обнять его ладонью и скользит вниз, полностью раскрывая головку. Я сглатываю, как завороженная, пялясь на ствол. – Нравится?
– Он большой, – произношу первое, что приходит в голову, и краснею еще сильнее, если такое возможно.
Алексей хрипло смеется, а потом развязывает пояс моего халата. Путается в боковых завязках, пока я медленно скольжу ладонью вверх-вниз по члену, привыкая ощущать его в своей руке.
– Черт, – шипит Леша, а я одергиваю руку.
– Больно, да?
– Охренительно приятно, – тихо отвечает он и сбрасывает мой халат. Вжимает в свое тело так, что мне становится тяжело дышать. – Просто до звезд перед глазами, – бормочет мне в губы и набрасывается с поцелуем.
Его губы не нежничают. Они сминают мои. Язык врывается в рот и буквально сплетается с моим, кружа голову. Зубы смыкаются на нижней губе, заставляя ее пульсировать, когда она наливается кровью.
Сдернув по ногам мои трусики, Леша снимает свои штаны и, приподняв меня над полом, буквально вытряхивает из домашних шлепанцев с открытыми носами. Бросает на кровать, и я смеюсь, пружиня на матрасе. Леша сбрасывает обувь и накрывает мое тело своим.
– Знаешь, как я люблю?
– Что любишь? – спрашиваю, задыхаясь, когда его рука мнет мою грудь, пока он удерживает себя на локте второй, нависая надо мной.
– Секс. Знаешь, какой я люблю?
– Какой? – выдыхаю, как только его пальцы сжимают и скручивают сосок.
– Жесткий. Я люблю трахаться, Таня, – говорит он и прикусывает мочку моего уха.
Потом проводит по шее расслабленным языком, спускаясь ниже до самой груди. И пока пальцы мнут одну грудь и терзают сосок, рот накрывает второй. Я вскрикиваю от острого удовольствия и выгибаюсь дугой.
Пальцы путешествуют ниже и ложатся на мою промежность. Трут и кружат, периодически ныряя в мою сердцевину. Там нажимают на какую-то волшебную кнопочку, формирующую во мне стон. Он зарождается в груди, вибрирует в горле и наконец вырывается изо рта. Леша ускоряется, захватывая сосок в плен своего влажного, горячего рта. Прикусывает, не выпуская, а потом кружит по нему языком.
Я ерзаю по кровати в попытке получить больше контакта, больше трения. Больше всего, что он может дать мне. Как он там сказал? Жесткий? Я согласна. На все, только бы он поскорее облегчил мое состояние.
Леша располагается между моих ног и, перестав терзать меня, приподнимается на руках. Я ловлю его голодный, осоловелый взгляд потемневших глаз и провожу по щеке ладонью.
– Возьми меня, – прошу. – Пожалуйста.
Приподняв мою ногу выше, Леша проскальзывает в меня на всю длину. Мои глаза закатываются, а изо рта вырывается новый стон. Сегодня ощущения иные, чем два дня назад. Тогда внутри все пылало от нашего контакта. А сейчас как будто… меня словно распирает изнутри. Приятно так распирает. Это приносит новые ощущения удовольствия, которых я никогда не испытывала.
