– Пойдем за ней, – почти с восторгом произнёс Эрик.
– Нет, нет, нет. Это уж без меня, – я подняла руки вверх, сдаваясь.
– Идем, будет интересно. На этот раз я с тобой, – он скрестил наши пальцы в замок, и мы отправились за Терезой.
В гостиной было просторно, пахло древесиной, дом был построен полностью из дерева. По всем углам стояла массивная мебель. За окном хлопьями падал снег, была зима. Справа от него стояла пушистая и красиво украшенная елка. Напротив нее находился камин, и от него веяло теплом. Трое маленьких детей сидели возле кедровой красавицы и открывали подарки. На диване видимо сидели их родители и наблюдали за процессом. Все смеялись, громко болтали и хлопали в ладоши от удивления. Казалось их семейной идиллии ничего не мешало. Впрочем, как и мы с Эрик что стояли в центре помещения. Как будто нас никто не видит, или не было вовсе. Я судорожно начала разглядывать руки.
– Эрик, мы умерли и стали привидением?
– Это воспоминание Терезы, в них нас нет. Она видит лишь то, что хочется ее.
Немного приглядевшись на женщину, я увидела знакомые черты лица. Она была молодая, красивая и святилась. Но это точно была Тереза.
– Я была права, эта комната желаний.
– Можно сказать и так.
– Выходит, что ты исполняешь желания? Как джин?
– Ну мой дом намного больше лампы с джином. К тому же я не исполняю три желания, а только одно. И взамен я кое-что беру, очень дорогое и заветное для меня.
– Вроде взаимно обмена?
– Вроде сделки, – Эрик с хищной улыбкой покосился на меня. Я же только отошла от него на несколько шагов назад. В голове наконец-то все прояснилось, сложился пазл. Он мог лечить людей благодаря сделками с ними. В страхе о приближающийся кончине порой сводит людей с ума. Хватаясь за любую ниточку, любой шанс на спасение, даже сделку. Теперь мне был понятен его отказ, ради спасения наших с мамой душ. В голову моментально пришло всего одно слово:
– Дьявол!
– Воплоти, – слова Эрика судорожно заставили меня сглотнуть. Он оставался стоять на месте и даже не смотрел на меня. Его взгляд бы направлен вперед и как будто говорил с пустотой.
– Тереза одна из моих жертв. Она выбрала довольно странное и необычное желание. Это можно сказать сделало ее неуязвимой для меня. Тереза потеряла мужа и троих своих сыновей на войне. Ее рассудок не перенес травму. Как ты уже, наверное, поняла, она замкнулась. Последние свои дни проводила здесь. В полном отрешение от реальности, в полном одиночестве. Каждый день на пролет она вспоминала их лица, их жизнь, ей было страшно что однажды не вспомнит их лица. Она была легкой добычей для меня, и я показал ей эту дверь. Здесь она могла быть всегда рядом с ними. За ней была та сама жизнь, из воспоминаний. Дни рождения детей, их первые синяки, канун нового года, и даже любовные ночи с ее мужем. Я хотел увезти Терезу за грани реальности и оставить ее там. Но желание пожилой женщины, чей разум давно лишился рассудка поразил меня. Она загадала чтоб этот день был бесконечным. И теперь он постоянно повторяется, меняются лишь ее воспоминания. Днем она сидит в своей комнате, и в одно и тоже время, когда я открыл ей эту дверь, она снова уходит в свои мечты. Тем самым, Тереза осталась в двух мирах одновременно, что делает ее почти бессмертной. Она не стареет, не нуждается в еде и снах, продолжая жить. Я исполнял много пожеланий, в основном это деньги, власть, вечная жизнь или молодость, всемогущество. Но это удивило меня больше остальных. Можно было, конечно, поджечь дом и на этом все закончить. Но воспоминания Терезы помогли мне узнать другую, положительную сторону людей. Мне было все равно с кем заключать сделки. Сейчас все изменилось, я познал ее.
– Любовь, -почти про себя произнесла я.
– Это было чуждо для меня, эти чувства были для меня закрыты. Не все вы жалкие, мелочные и эгоистичные люди. Вы сами уничтожаете себя, из-за своих прихотей. То, что люди создают, другие безжалостно разбивают. Лишь после войны наступает, мир. Через боль и страдание приходит любовь, – Эрик умолк, больше не проронив ни слово. Я лишь наблюдала за его широкой спиной не смея приблизится. Он лишь взмахнул рукой и провел в воздухе некий полукруг. В одночасье все вокруг начало теряться, поменялась картинка. До этого она располагала на безмятежный покой и радость. Звонкие голоса детей Терезы сменились стонами боли и ужаса. Вокруг была бойня. Люди с автоматами вели обстрел и тут же падали от смертельных ран. Кровь брызгала во все стороны и не успевала въедаться в землю. Вокруг все смешалось. Пепел застилал глаза от пожарища что царил вокруг. При каждом ударе снаряда земля содрогалась и подымала столб пыли. Раз за разом виднелись вспышки пролетающих мимо пуль, что чаще достигавшие своих целей. Запах крови вперемешку с потом въедались в нос. Шум не заглушался, рвя барабанные перепонки. И крики вокруг, стоны о помощи, боли и агонии. Я закричала и вжалась в землю, закрывая глаза и уши.
