К тому времени, как он вернулся, Тарак уже прислал ответ. Оказалось, что заинтересовавшие Эдмана максисы участвовали в торгах за контракты Сонар и Фулн. Выиграли аукционы Пекиш и Хамран, и оба уже забрали дайн из Камелии, посчитав, что гибель одной из адепток – дурной знак и может грозить и другим девушкам.
С Пекишем все было ясно, он заключил контракт с Ленокс Фос и увез ее в имение, стараясь поскорее замять расследование, чтобы его имя нигде не фигурировало. А вот второй слыл весьма интересной личностью.
Эдман вспомнил Винсента Хамрана и поморщился. Нахальный, смазливый брюнет был выходцем из древнего богатого рода уроженцев Карилана. Во времена Объединяющей войны его предки оказали серьезную поддержку своему правителю и способствовали заключению мирного договора с Нодаром, чем и снискали благодарность первого императора вновь образованного государства. Винсент занимал должность помощника советника императора по межгосударственным отношениям и был правой рукой Альмонда Серпентаса, кузена правителя.
В шальные годы учебы в академии магии Эдман дружил с Альмондом и кронпринцем Зигридом, но жизнь расставила все по своим местам, и теперь старые друзья были для него Его Cветлостью герцогом Серпентасом и Его Императорским Величеством Зигридом I Вайзалом. На военной службе быстро учили субординации, да и слишком далеко разошлись пути отставного полковника и тех, кто правил страной. Эдман знал помощника Альмонда лично, но питал к нему стойкую неприязнь, считая скользким типом с двойным дном, хотя Хамран ничем себя не скомпрометировал. Однако Эдман сталкивался с ним несколько раз по делам приграничных конфликтов с айсарами, и всегда Хамран настаивал на довольно своеобразных решениях мелких стычек, считая, что лучше врагов подкупить и умаслить, чем разбить в открытом сражении. Эдману подобное было не по нутру, и он несколько раз выступал против распоряжений помощника советника перед своим непосредственным начальством. Но генералы не осмеливались перечить правой руке кузена императора, и все идеи Хамрана находили свое воплощение.
– Не удивительно, что он выбрал Гренду Фулн, – усмехнулся Эдман. – Они даже чем-то похожи.
Он припомнил тот истерический припадок, коему стал свидетелем в Камелии, и подумал:
«Винсент всегда обожал темпераментных барышень, особенно брюнеток. Вряд ли Сонар его впечатлила, даже несмотря на весь свой резервуар и прекрасное владение маной. Интересно, он уже понял, что Фулн нуждается в лечении? Или ей все еще удается морочить ему голову?»
Тарак в письме указал еще нескольких максисов, заключивших контракты с адептками Камелии уже после торгов, когда выиграть им не посчастливилось. Остальные значились пока, как потенциально свободные хозяева, но часть из них побывала на смотринах и в других школах.
«Получается, нужно проверить десятерых, – определился Эдман и выписал оставшиеся имена на отдельный листок. – Хорошо бы узнать, часто ли они бывают в Финаре и ведут ли там какие-то дела. Все же человек, не знающий этой части Северной провинции, вряд ли смог бы ночью вывезти адептку. Портальные площадки есть только в центре Финара, их охраняют, и всадника с девушкой или незнакомый экипаж обязательно заметили бы. Ах да. Еще стоит наведаться в судоходную компанию и побеседовать с Атли Баренсом. Посмотрим, кто это такой».
Наметив план действий, Эдман повеселел и начал листать свою карманную записную книжку, где сохранились координаты каналов связи сослуживцев, когда-то хорошо общавшихся с ним.
Старые знакомые с пониманием отнеслись к просьбе Эдмана разузнать для него кое-что, и в начале новой учебной седьмицы он уже получил ответы от некоторых из них. Выяснилось, что пятеро максисов из десяти готовились заключить контракты с дайнами из других школ, об остальных пока сведения не пришли, и Эдман решил не тратить времени зря. Он попросил коллегу подменить его на занятиях, наложил на себя несколько слоев заклятий, искусно переплетенных между собой, и, перевоплотившись в Эдварда Привиса, отправился в судоходную компанию Атли Баренса.
Главная контора находила в Темрине – самом крупном порту Нодарской империи на побережье Северного океана. Эдман переместился туда рано утром и пошел бродить по улицам города, попутно выспрашивая то тут, то там слухи и сплетни как о самом Баренсе, так и о его компании.
