Девушка начала послушно ворковать, а я впала в ступор, не успевая усваивать эту реальность. Кажется, Руслан пытался спросить меня, чего желаю, но я так и не нашла в себе силы отмереть.
– Саша, если ты не поешь…
– Ты меня убьешь, – закончила я хрипло.
– Нет, – усмехнулся он, складывая руки на столе. – Я уже не смогу.
Миша очень кстати убежал ожидать заказа в детскую комнату, и мы остались одни.
– Давай договариваться? – посмотрел он на меня прямолинейно. – Если ты сомневаешься в себе, то не стоит. Ты очень привлекательная. – Этот мужчина с одинаковой искренностью обещал мне расправу и сообщал о моей привлекательности. Как он бизнес ведет?! Я снова потеряла дар речи. Поверить в то, что он на самом деле считает меня достойной себя, гораздо сложнее, чем когда обещает убить. – Но у меня к тебе дело.
– Какое? – насторожилась я, только тут замечая, что пытаюсь втянуть в рукава толстовки пальцы с коротко постриженными ногтями, не видавшими маникюра уж год.
– Мне нужно сделать из тебя ослепительную самку.
– Что? – моргнула я, чувствуя, что градус удивления уже сильно завышен.
– Вина?
– Да.
В ожидании спасительного забвения на голодный желудок я успела два раза приняться грызть короткие ногти и столько же раз себя одернуть.
– Любишь выпить? – вдруг спросил он.
В отличие от меня, Руслан сидел спокойно и практически не спускал с меня взгляда.
– Да, только обычно предпочитаю чистый спирт, – посмотрела на него прямо.
– Не ври, – усмехнулся он.
– Пиво иногда люблю, – без энтузиазма призналась. – Почему ты так смотришь?
– Мне важно на тебя смотреть.
– Я уже подумала, что ты не псих.
– Я не псих. Я оборотень.
– Когда там вино принесут? – заерзала я. – Давай поедим все же сначала…
Без нервирующих тем вечер мог бы претендовать на вполне сносный. Мишка прибежал на зов Руслана и уселся есть. И снова все было похоже на обычную человеческую трапезу, только он был излишне самостоятельным. Ему вообще не требовалась помощь ни в том, чтобы что-то порезать или что-то подать. Он сосредоточенно жевал тушеную говядину, не нуждаясь в уговорах доесть еще и овощной гарнир к ней. А я только с любопытством наблюдала за ребенком, незаметно опустошая свой бокал. Вино оказалось легким и очень вкусным, и когда реальность показалась хоть сколько-то более приемлемой, я вернулась взглядом к Руслану.
Он встретил мое внимание с искрами в глазах. Не сказать что ему это все стояло поперек горла. Он будто наслаждался вечером.
– Я все равно тебе не верю, – заявила тихо, когда Миша вытер губы рукавом и унесся к детям. – Но раз выбора у меня особо нет, давай обсудим. Что ты там хочешь со мной сделать?
– Уже много всего, – вдруг оскалился он, с удовольствием наблюдая панику в моих глазах.
– Перестань, – приказала я. – Что ты там говорил про… какую-то самку?
Искры погасли в его глазах.
– Мне нужно предъявить тебя нашей особой службе, – серьезно начал он. – И у них не должно быть вопросов. Поэтому завтра ты увольняешься с работы и идешь на стажировку к терапевту, которая обучает новых врачей особенностям работы с такими, как я…
Я слушала, жалея, что не успела попросить новый бокал вина.
– Еще я… – тут он замялся, неуверенно хмурясь, и такую эмоцию я видела на его лице впервые, – хотел бы попросить тебя позволить мне изменить… всю твою жизнь.
– Все-таки со старой я тебе не подхожу, – завороженно кивнула.
– Я не могу допустить варианта, что мне откажут. – И в его голос вдруг вплелось злое рычание, а глаза снова стали наполняться жидким огнем, парализуя меня, как кролика перед удавом. – Поэтому сделаю все, чтобы мы с тобой прошли этот процесс и тебя отдали мне, а не ликвидатору. Тебе понятно?..
Я еле нашла в себе силы кивнуть.
– …Отлично. – И он моргнул, выпуская меня из оцепенения. – Тогда завтра заеду за тобой утром. Сначала разберемся со старой жизнью, потом начнем работать над новой. Ты переедешь ко мне.
– Не… – только открыла рот, как он снова посмотрел на меня, и я с трудом закончила фразу: – Не нальешь мне еще вина?
Пока я следила за движением его рук, до меня дошло одно: я не в том положении, чтобы ставить условия. Его жесты тоже гипнотизировали, а пристальное внимание нервировало. Он будто хотел казаться кем-то другим. Вернее, ему это прекрасно удавалось. Не знаю, что именно, но что-то в нем постоянно позволяло забыть о том, что видела вчера. Миша этот его тоже сбивал с толку. Посмотреть со стороны – образцовая семья, пусть и неполная. Заботливый красавчик-отец, милый ребенок… Но как же это все далеко от правды. И дико хочется эту правду забыть к чертям.
– Так у нас не будет проблем, Саша? – он передал мне бокал.
– Ну тебе-то чего их бояться? – выдавила я. – Я помню про два выхода…
Он медленно вздохнул, подаваясь вперед и складывая перед собой локти:
