К окончанию съемок он был уже на пределе. Едва услышав заветное «все свободны», сорвался с места, залетев в пустую комнатку, где лежала его одежда, громко хлопнул дверью и замер, терпеливо выжидая. Через несколько минут дверь, наконец, скрипнула.
– Сегодня предстоят еще какие-нибудь незапланированные мероприятия? – раздался тихий голос, посылая волну дрожи по всему телу.
Том медленно повернулся, молча рассматривая причину своего плохого настроения. Очень высокий. Худой, но тощим почему-то не выглядит. С невероятно длинной, на грани уродства шеей, по которой хочется провести пальцами, чтобы убедиться в том, что она настоящая, а не обман зрения. В нем вообще все было какое-то на грани. Рост, худоба, холодность, сексуальность.
– Сигареты кончились. Сходи купи, – вдруг, неожиданно даже для самого себя, спокойно произнес гитарист.
– Нет. Это не входит в мои обязанности, – последовал поразивший до глубины души спокойный ответ.
– Что ты сказал? – недоверчиво переспросил Том. Утихшая было ярость снова начала просыпаться.
– Ты слышал.
– А теперь послушай меня, мальчик, – процедил он сквозь зубы, подходя почти вплотную. – Ты будешь делать все, что я тебе скажу. Скажу лаять, как собачка, будешь лаять. Понял?
– Нет, – все так же спокойно, не отводя взгляда и не делая ни единого движения.
Глаза в глаза. В голове зашумело. Дышать стало нечем. Еще один неконтролируемый шаг. Тонкий, очень приятный запах, окутавший словно кокон. Нервный вздох противника, опаливший щеку горячим дыханием.
– Да твою же мать! – выдохнул Том прямо ему в губы. Зажмурился и, резко отступив в сторону, вышел из комнаты. В глаза своему помощнику он больше так и не посмотрел. Не смог.
Билл улыбнулся, глядя на закрытую дверь. Он был полностью доволен тем, как прошел сегодняшний день.
7.
Вечером, несмотря на усталость, Билл долго не мог уснуть. Крутился в постели, перебирая события прошедшего дня, да и всех этих двух недель в целом. Ему нужно было что-то, что поможет вывести Тома из равновесия. Заставит потерять контроль над ситуацией. Прошедшее время не было потрачено впустую. Необходимой сейчас информации накопилось достаточно. Все, что остается сделать для достижения цели – это рассортировать и применить в удобный момент.
Во-первых, Том очень не любит когда смотрят ему в спину. Как зверь чувствует каждый направленный на него взгляд. Билл, во время наблюдения, изо всех сил старался избегать этого, но каждый раз, стоило только посмотреть подольше, как парень начинал передергивать плечами и крутить головой по сторонам.
Во-вторых, макияж. Немного ярче подвести глаза, и поджатые от недовольства губы были гарантированы.
В-третьих, чипсы. Почему-то Тома они раздражали неимоверно. Несколько дней назад Георг притащил с собой пакетик и задумчиво грыз их во время перерыва. Все закончилось бешеным взглядом, жалобой на то, что этот хруст бесит, и громко хлопнувшей дверью. Билл тоже не очень-то любил искусственный привкус и резкий, навязчивый запах, но ничего не поделаешь, обедать завтра придется именно этим синтетическим продуктом. Только бы не забыть купить по дороге.
В желанный сон Билл, полностью удовлетворенный составленным на завтра планом действий, провалился, когда время перевалило за два часа ночи. Утром проснулся раньше будильника, чего из-за хронической усталости не случалось уже несколько дней. Радостно подскочил с кровати, чувствуя себя бодрым и отдохнувшим. Принял душ. Накрасился с особой тщательностью, очень ярко выделяя глаза. И вылетел из своей комнаты, готовый к подвигам. День сегодня предстоял очень насыщенный. Первый настоящий концерт, на котором Биллу предстояло присутствовать, а это значит – дополнительная суета и нервотрепка.
Он уже почти достиг двери, когда был перехвачен вышедшей из кухни мамой.
– А ну, стоять! Куда намылился? Завтракать кто будет? – спросила Симона, строго глядя на сына.
– Ну, ма-а-а-м, – проныл Билл, недовольный тем, что приходится отвлекаться на такую обыденность.
– Омлет, кофе, свободен. И без возражений! – пришлось повиноваться.
Он немного задержался, попав в небольшую пробку, но все-таки заскочил в кафе, купить обязательный стаканчик кофе со сливками и без сахара. И еще один черный, для Георга. Очень хотелось сделать для басиста что-нибудь приятное, в благодарность за хорошее отношение. Чипсы Билл купить все-таки забыл, но это было не так уж и важно. Не всё сразу. На сегодня хватит ярко накрашенных глаз и легкого неповиновения. Перегибать палку, особенно перед концертом, не стоило.
***
Том нервничал. Сильно. Этой ночью он спал от силы пару часов. Переживал из-за того, как пройдет концерт. Первый после срыва. Никаких припадков за последние пару недель у него не было, и это радовало. Но ведь ничего серьезного за это время тоже не происходило. А сегодня концерт. Он всегда немного нервничал перед выступлением. Испытывал легкое, приятное волнение от наполняющего кровь адреналина. Ему очень нравилось это состояние. Он ждал его. Наслаждался им. Но только не в этот раз. Срыв, страх, недовольство собой мешали, да еще и этот… крашеный.
