Рори и Кэт чувствовали себя нормально, однако кто знает, сколько они продержатся в закрытом помещении с больной?
Кэт взобралась обратно в снегоход и нажала на газ. Они ехали по северо-западному берегу озера Хейзен. Сорока миль в длину и всего восьми в ширину, озеро вело прямо в Алерт. К сожалению, предстояло проехать еще сотню миль по опасной дороге среди гор и ледников.
Хотя ветер и снег немного утихли, Кэт знала, это всего лишь передышка, скоро буря разыграется снова. С запада подступали темные, почти черные облака.
Вглядываясь в том направлении, она различила крошечные вспышки света в горах. Молясь, чтобы это оказались отблески молний, Кэт вдавила в пол педаль газа, передумав экономить топливо.
Она продолжала поглядывать на запад, но огоньки больше не появлялись.
Сафия дернулась на пассажирском сиденье. Ее губы высохли, глаза смотрели устало.
– Жарко…
– У тебя температура, – ответила Кэт. – Постарайся поспать.
Она посмотрела в зеркало заднего вида и наткнулась на обеспокоенный взгляд Рори.
– Ей нужен врач, – прошептал юноша. – Если повернуть обратно…
Кэт знала, что возвращение станет для Сафии равносильно смерти. Персонал «Авроры» не захочет рисковать. Что, если болезнь распространится? К тому же Кэт решила, что не вернет данные, которые удалось выкрасть с таким трудом. Сафия рисковала жизнью – а теперь, возможно, расстанется с ней, – чтобы забрать эту информацию у Хартнелла.
– Нет. Мы не вернемся.
Рори перевел взгляд на ветровое стекло.
– Кэт, смотри! Там, на озере!
Она всмотрелась вперед. Справа на льду озера виднелись три палатки из звериных шкур, припорошенные с наветренной стороны снегом. Перед каждой палаткой светилась темно-синим небольшая прорубь, там же торчали удочки. Рычание мотора выманило рыбаков наружу. В меховых куртках и толстых штанах они издали казались медвежатами.
– Наверное, инуиты, – предположил Рори, наклонившись вперед, насколько позволяли ремни.
Сафия не проявила никакого интереса, даже закрыла ладонью глаза от света.
– Ярко… – пробормотала она.
Кэт встревожилась еще сильнее. Один из признаков воспаления головного мозга – фотофобия, боязнь света.
Голова Сафии запрокинулась, глаза закатились.
– Так ярко…
Сафия изо всех сил пытается отвернуться от солнца, жгущего глаза с неприятно синего неба. Она задыхается от жары, каждый вздох дается с трудом. Босые ступни утопают в раскаленном песке на пути к прохладной реке.
Откуда этот голос?
Мир переливается, блестит, качаются пальмы. Сквозь трещины в мираже проглядывает странная белая земля, замерзшая и темная. В ушах звучит отдаленный гром.
Все исчезает, вокруг снова только песок и смерть. Всюду облепленные мухами раздутые трупы животных. Падальщики рвут мертвую плоть. Она идет, спотыкаясь, вперед, стремясь к вершине дюны, чтобы взглянуть на реку.
Жажда иссушила ее горло. Спасение обернулось ложью.
Вода в реке алая, словно кровь.
Она смотрит в небеса, умоляя о чем-то.
За рекой, на той стороне, полыхают молнии, грядет наказание. Черное небо опускается, накрывает весь мир, чтобы раздавить его.
Она отступает на шаг, еще на один.
– Тьма идет…
Прохладная вода течет в горло, проливаясь на шею.
Она тонет на солнце.
Мир снова подергивается, как занавес. Солнце тает во тьме, песок становится снегом, а тень – лицом.
Знакомым лицом.
– Кэт?..
– Всё в порядке, милая. Я здесь. Ничего, просто судороги.
Сафия пытается сдержаться, потом начинает всхлипывать.
– Что не так?
– Страшно… случится что-то страшное.
Пейнтер оглянулся, наслаждаясь видом. С одной стороны простиралась арктическая тундра, с другой – громада станции «Аврора». С высоты была хорошо видна сложная система антенн и стальная башня, вздымавшаяся из старого котлована.
Транспортный самолет, который Пейнтер заметил раньше, стоял неподалеку от взлетной полосы. К открытому грузовому люку «Боинга» направлялась целая кавалькада автопогрузчиков с контейнерами.
Больше никакого движения уловить не удалось, словно все вокруг замерло в ожидании.
– Кончай пялиться! – рявкнул страж позади, подталкивая Пейнтера автоматом. Охране явно не терпелось спрятаться от холода.
Пейнтер шагнул через порог переговорного пункта и сразу заметил с одной стороны койку со смятым одеялом. Комната была заполнена всевозможными переговорными устройствами, рациями, был даже передатчик для связи с подводными лодками, работающий в диапазоне сверхдлинных волн.
В центре этого гнезда спиной к двери сидел молодой человек плотного телосложения в наушниках. Не поворачиваясь, он поднял руку, приветствуя вошедших.
– Привет, Рэй! Как дела? – спросил первый охранник.
Второй снова ткнул Пейнтера дулом автомата.
