— Что? — теперь удивилась Женя.
— Лошади почувствовали появление призрака, — пояснил парень. — Животные их очень хорошо чувствуют…
— Призрак был в подземелье, — ответил Кирилл на Женин вопрос. — Справились…
— А что он за чудище? — кивнула Женя на Малатона.
— Полуорк… Чёрная Сеть часто нанимает таких полукровок — сильные… и редко умные. Но этот явно не такой…
Малатон злобно зыркал, но дёргаться больше не пробовал, да и раны не способствовали этому.
Если такая морда у «полу»-орка, какой же тогда орк, — только и подумала Женя.
— Ну что, харя… — Пашка присел на корточки, поигрывая финкой. — Сейчас поговорим с тобой по душам…
Сергей, поддерживая игру, достал штык от СВТ, Кирилл последовал его примеру. Витя держал уродца под прицелом пулемёта. Женя, забрав у Сергея связку ключей, освобождала пленников от кандалов.
Сергей с интересом разглядывал полуорка.
Оскаленная морда чудища, а глаза умные. Видно, что боится — жестокие твари обычно хорошо чувствуют реальную опасность. Хорошо подогнанный доспех довольно тонкой работы. Удобные сапоги из мягкой кожи. На пальцах перстни, на шее болтается то ли украшение, то ли амулет с явными змеиными мотивами. Подсумки на поясе… а, вот и ключик. Не от комнаты ли? Проверим… Боишься, значит, гад? Это хорошо…
Эсэсовец. В пятнистом камуфляже, рослый, крепкий, поначалу наглый. Взяли его живьём, что странно — эти сволочи обычно бились до последнего. И Андрюха, с бешеными глазами и финкой — он несколько дней назад узнал, что его родную деревню сожгли дотла…
Андрюху тогда оттащили. Но эсэсман реально бился в слезах и истерике, когда Андрюха бросился на него — видимо, прочитал в Андрюхиных глазах, что тот сейчас его на куски живьём резать будет…
Да, такие твари весьма трусливы. Сергей надеялся, что этот — не исключение.
— Снять с него доспех и украшения, — сказал Азалар. — Они могут быть волшебными.
А вот эта мысль никому в голову не пришла. С руганью и тычками освободили полуорка от плаща и доспеха, стащили с него пояс, сапоги, медальон — жрец остался в портянках и мягком стёганом костюме. Крови на снегу стало еще больше, но на неё никто внимания уже не обращал.
— Гайки снимай, а то вместе с пальцами отхвачу, — кровожадно ухмыльнулся Пашка. Как ни странно, полуорк понял жаргон и, подвывая от боли, швырнул на землю несколько колец.
Бывшие пленники, встав за спинами бойцов, молча наблюдали за происходящим.
— А вот теперь побеседуем, — Сергей присел напротив вжавшегося в стену Малатона и демонстративно стал чистить кончиком клинка под ногтями. — Кто тут главный?
— Я, — буркнул тот.
— Был, — отрезал Сергей. — Теперь главный тут он, — кончик штыка указал на Азалара. — И если ты заметил, он хочет порезать тебя на куски. И я, твою мать, даже не против. Когда очередная поставка через портал? — внезапно заорал он, глядя Малатону в глаза.
— Через… три дня… График… у меня… в комнате…
— Комната у храма?
— Нет… да!!! — полуорк отпрянул, когда клинок уперся ему в ухо.
— Патрули? Кого ждёшь скоро?
— Из Тенистой Долины… Работники за грузом… Через три дня… Вечером…
Глаза Малатона сверкнули, и тут же раздался крик. Кричали пленники.
Сергей всего на мгновение обернулся — с двух сторон, стуча костями, двигались два скелета — типа тех, что были упокоены в подземелье. В следующее мгновение на его навалился Малатон, выбив нож из руки.
Стукнула очередь, послышался треск — кто-то уже расправлялся с непонятно откуда возникшей нежитью. Туша Малатона придавила Сергея к земле, пальцы здоровой руки жреца вцепились бойцу в горло…
Внезапно жрец обмяк. Несколько рук столкнули его тело с Сергея. Первое, что бросилось в глаза — Азалар, вытирающий меч.
— Пришлось, — пояснил парень, подавая Сергею руку. — Это он вызвал скелетов, чтобы нас отвлечь. И бросился на тебя… Молча вызвал и без движения… Опытный.
— Оказался смелее, чем я думал, — прохрипел Сергей, потирая горло. — Значит, многое наврал…
— Может, и наврал, — вмешался Пашка, помогая Сергею подняться. — Надо проверить его комнату.
— А ещё можно перекусить, — улыбнулся Азалар. — Я там видел котёл, и судя по запаху — в нём хорошая похлёбка из оленины.
— Ты способен сейчас есть? — подозрительно посмотрел на него Пашка.
— Именно сейчас и способен, — расплылся тот в улыбке. — Я несколько дней не ел ничего, кроме той бурды, которой меня кормили.
— Мы тоже, — отозвался кузнец.
Только сейчас бойцы ощутили, как устали — утро, что и говорить, выдалось исключительно бурное…
Похлёбка и правда оказалась неплохой, хлеб — сравнительно свежим. Витя, Пашка и Женя поначалу воротили нос, но бывшие пленники, включая Азалара, набросились на еду с остервенением, да и Азалар уверил, что похлёбка вполне нормальная. «Я на природе провёл большую часть жизни, нормальную еду от плохой отличу», — заявил он.
Ели за столом в той же комнате, где был очаг — несмотря на амбрэ из смежных комнат, это было лучше, чем сидеть на холоде, да еще и по соседству с трупами. Во дворе прохаживался Кирилл, принявший от Вити пулемёт.
