Энн выросла среди пиратов, свободной, гордой, оберегаемая своими названными братьями. Космические бродяги отчаянный народ, и единственное, что они презирают — это солдат Империи, ведущих за ними охоту. Но вот как сказать братьям, что она по нелепой ошибке стала женой офицера ненавистной им Империи? Как разобраться в отношениях с властным бывшим парнем и нынешним, даже не подозревающим во что он влип? Как не дать им узнать о существовании друг друга и самое главное, как заставить себя не думать о пророчестве жуткого монаха? Ведь всем известно, что подобные предсказания всегда сбываются…
— Чи, мы падаем!!! Сделай же что-нибудь!
— Увы, …падаем, а что я могу!? Это искривление в электромагнитном поле вывело из строя панель управления. Что-то произошло на этой гадкой планете, больше похожей на кучу мусора! Мы даже не сможем выпрыгнуть в капсуле, да что там выпрыгнуть, мы не в силах даже покинуть этот пилотский мостик, все двери заклинило. И у нас совершенно не осталось времени, для того, что бы что-то предпринять.
— И …?
— Остается только одно, Эннжи, — Чи медленно повернулся к побледневшей девушке, которая вцепилась побелевшими пальцами в спинку пилотского кресла и смотрела на него своими огромными от испуга серыми глазищами.
В маленьких темных глазках гуманоида напротив — вместо страха светилась невозмутимая решимость. Темно-зеленая бородавчатая кожа Чи постепенно стала раздуваться.
Сам он был ненамного старше этой перепуганной девушки, принадлежавшей к расе людей, но на этом корабле она была для него самым родным человеком, его младшей сестрой. Чи был родом из далекого уголка вселенной, с маленькой, окутанной водяным паром планеты Ро. Но за всю свою недолгую жизнь он ни дня не провел со своими соплеменниками, а свою родную планету видел лишь издалека. Единственной его семьей был старик Тиар и его приёмные дети, выросшие как братья на старом пиратском корабле. И как старший брат Эннжи, сейчас Чи хотел защитить её больше всего на свете.
— Ты же знаешь, что я как воздушная подушка. Попробую смягчить удар. Не бойся, малышка Энн! — Чи обнял её, раздуваясь вокруг девушки, словно надувной спасательный круг.
Оглушительный удар резко отбросил их в сторону, безжалостно швырнув о стальную перегородку. Их челнок скрежетал и мучительно кувыркался по поверхности планеты, пока, в конце концов, не раскололся от мощного удара о камни пополам, а кульминацией всего этого был взрыв отлетевшей в сторону турбины, опаляющий всё вокруг своим ядовито-зеленым пламенем.
Эннжи пришла в себя, задыхаясь от пыли, чувствуя, как обмякает тело Чи. Она попыталась выпрямиться, сбросив с себя остатки покореженных обломков. Чи лежал прямо под ней, не подавая никаких признаков жизни. Откатившись в сторону, и просунув руку ему под плечи, девушка принялась его легонько трусить. Звук её голоса заставил Чи чуть приоткрыть глаза, и дрожащая Энн вытащила из-под него свою окровавленную руку. Глаза Чи стали медленно обесцвечиваться и стекленеть.
— О нет, Чи, нет, нет, нет! Все будет хорошо. Я … я найду помощь, ты … ты ведь не по-настоящему собрался оставить меня. Ты не можешь меня здесь бросить! — она обняла его голову, прижимая к своей груди.
Чи собрал свои последние силы, чтобы ответить:
— Ничего, ты уже большая девочка, сможешь постоять за себя. Зато я спас тебя. Чем не миссия для роанца. Уходи отсюда, найди помощь, но для себя. Потеряйся среди людей, здесь должна быть колония, раз поблизости есть аванпосты Империи. Уходи Энн!
— Нет! Я не брошу тебя, нет! Чи! Чи, не умирай, я прошу тебя! — из груди Энн вырвались беспомощные рыдания.
Чи оказался первым из её семьи, кого она по-настоящему теряла в свои двадцать два года, кто вот так умирал на её руках. Тиар не учил их терять, он твердил им, что они одно целое, стойкое наследие старого космического пирата, один неделимый организм.
Чи почувствовал страдание своей малышки Энн и тихо прошептал:
— Держись, Энн, ты же дочь Тиара. Умирать не страшно — страшно терять. Рано или поздно Зур найдет тебя. Бейся за свою жизнь, ради меня …, - Чи замолчал. Его голова безвольно повисла в руках Энн. И впервые в жизни она так безутешно разрыдалась, не скрывая своего горя, скребя ногтями от беспомощности эту проклятую планету.
Земля продолжала содрогаться. Чей-то голос вдруг неожиданно окликнул её:
— Эй! Помощь нужна?
Но Энн ничего не ответила, даже не обернулась, продолжая сидеть над бездыханным телом своего брата Чи. Через несколько минут чья-то рука уже трясла её за плечо:
— Нужно убираться отсюда поскорее! Слышишь? Извержение вот-вот начнется, а ты сидишь прямо у подножья вулкана. Поднимайся! — какая-то женщина настойчиво потянула Энн за собой.
— Мне нужно похоронить его! — отмахнулась поникшая и заплаканная Энн, но женщина ещё сильнее дернула её на себя.
— Ты что не в себе?! Его похоронит лава! Сейчас нужно думать о своих шкурах. Империя прислала нам в помощь солдат, все покидают Тарго. Эта планета стала слишком нестабильной для жизни, здесь опасно. Или ты тоже решила присоединиться к своему умершему другу?
— Он был моим братом, — с болью ответила Энн. Она не заметила удивления в распахнувшихся глазах женщины, так как уходя, взгляд Энн всё ещё был прикован к застывшему лицу Чи. Было что-то невозможное в том факте, что она больше никогда его не увидит. И такая злость и боль раздирали душу оттого, что она ничего не может изменить.
Какое страшное и полное безысходности слово — никогда!
