– Вы управляющий? – строго спросила Алиса. – Отлично. Я ваша постоянная клиентка.
– Да, я прекрасно знаю, Алиса Дмитриевна… – залепетал управляющий. – Вы и Даниил Валерьевич…
– Он, слава богу, ничего не заказывал. А вот я обнаружила в еде таракана. – Алиса кивнула на планшет, накрывающий тарелку. – А знаете, почему такое случилось? Потому что ваш хозяин – расхлябанный, непунктуальный человек. Разгильдяй, – презрительно сказала она. – Если человек позволяет себе напиваться в середине рабочего дня и игнорирует звонки поставщиков, его, этого человека, непременно ждет банкротство!
– Алиса! – взмолился Голицын. – Хватит ломать комедию. Ты прекрасно знаешь, кто хозяин этого ресторана.
– А ты скажи об этом на весь зал!
– Господи, перестань!
– Запомни: я всегда найду способ заставить себя выслушать.
– Ну, извини.
– Что ты сказал? Громче!
– Я сказал: прости меня, пожалуйста.
– Принесите мне счет, – велела Алиса управляющему. – И можете включить в него салат. Мне, пожалуй, показалось. – Толстячок торопливо ушел за ширму. – Вечер мы продолжим в другом месте. – Алиса смерила Голицына взглядом. – Для ночного клуба ты, пожалуй, староват, мысль о «потанцуем» оставь. Пива и водки с тебя довольно, машину поведу я. Так что с программой на вечер ты не угадал. Но будет нескучно, обещаю. Кошелек не доставай, я сегодня заработала больше тебя. Похоже, Дан, тебе с первой женой не повезло. Но ведь ты счастливчик, так? Идем. – Она положила в корочки деньги и решительно встала. – Ну? Что сидим? Ах, да! В
Голицын вскочил:
– Что ты придумываешь?!
Саша посмотрела на мужа и увидела, что тот безмолвно хохочет.
– Голицын, похоже, влип, – сказал Алексей, вытирая выступившие от смеха слезы. – Ему, бедняжке, сейчас не позавидуешь. Алиса сделала то, чего за всю жизнь так и не смогла мать: поставила Голицына на место. Какая реакция у девчонки! – восхитился он. – Едва только Дан дернется, мгновенно получит удар отточенным клинком.
– Клинком?! – удивилась Саша.
– Она же фехтовальщица. И полагаю, отличная фехтовальщица! Как она его, а?
Алексей оглянулся и увидел, как пара уходит. Голицын почти бежал за Алисой Сажиной, на ходу застегивая пиджак.
– Ох, какая девушка! – рассмеялась и Саша. – Красавица! И умница!
– О! Ты бы видела ее отца! Впрочем, не надо. Дмитрий Александрович, похоже, коллекционирует разбитые женские сердца. И судя по тому, как он обожает свою жену, коллекция эта будет постоянно пополняться.
– Я люблю своего мужа, – пожала плечами Саша. – А на чужих не смотрю.
– Как ты сказала? Люблю?
– А мы разве не за тем сюда пришли? Не о любви поговорить? Слушай, Лешка, ты когданибудь позовешь меня в ресторан просто так, а не по делу? Могли бы приятно провести вечер. Кофе, кстати, отменный.
– Вот именно: кофе. – Он вздохнул и попросил счет. – Когда я поставлю точку в этом деле, а дело очень непростое, Сашенька, я обязательно позову тебя в ресторан, чтобы это отметить. А вечер я провел отлично. Спасибо тебе!..
…На «ты» они были уже через десять минут.
– Значит, и ты этого попробовал? – усмехнулся Леня, высокий крепыш с косой темной челкой на лбу. Они решили посидеть в кофейне, поблизости от Лениной работы, обсудить интересующие Леонидова моменты, ну и заодно перекусить. До конца рабочего дня было еще далеко. – Потрудился начальником службы безопасности?
– Было, – кивнул Алексей.
– А чего ушел?
– Скучно стало. Да и не перло мне на коммерческих должностях. То шефа убьют, то вдруг почувствую, что тупею. Полный застой и в мыслях, и на работе.
– А на госслужбе, значит, не скучно? – хмыкнул Леня.
– А мне подбрасывают всякие «неликвиды». То маньяков какихнибудь, то спортсменов. Неприкосновенный запас отечественного спорта, с которым надо обращаться крайне бережно. Словом, я лезу туда, куда другие соваться не хотят.
– И как оно живется, Алексей? – подмигнул Леня. – С маньякамито?
– Туфта все это. На поверку оказывается всего лишь стечение обстоятельств. – Алексей тяжело вздохнул. – Человек устроен довольно примитивно. Любовь, деньги и слава – вот все, что ему нужно. Картины писать или, скажем, фильмы снимать – талант нужен. А для того чтобы убить, и ножа довольно, который в любом хозяйственном магазине продается. Порезал человек десять – вот тебе и слава! А если прикрыл лицо жертвы красным носовым платком или синий чулок оставил на шее – вагон славы. Главное, чтобы поярче, запоминалось чтобы. Первые полосы газет и топовая новость в Инете обеспечены, пока не посадят. Да и то: можно ведь мемуары писать, жизнь, она длинная. Но встречаются интересные дела. Кстати, как тебе твой шеф?
– Голицын? Нормально, – пожал плечами Леня.
– Да брось! Какой Голицын? Я о Сажине. Дмитрий Александрович уже не шифруется, во всяком случае, свои знают, кто реальный владелец холдинга.
– Когда это ты стал ему своим? – прищурился Леня.
– А с тех пор, как открыл Дарье Витальевне глаза на то, кто на самом деле ее супруг. Колечко у нее на безымянном пальчике было занятное. Вот мы и забежали к ювелиру, – невинно сказал Алексей, прихлебывая кофе. – Оценить.
