…Разговор они закончили на стоянке у отеля. Саша с дочерью поднялись наверх, в номер, а Леонидов вызвался проводить друга до машины. Видя, как у мужа горят глаза, Саша не стала ему мешать.
– Ты задавал Голицыну этот вопрос? – спросил Алексей у Панова. – Как он оказался на пароме?
– Задавал. Он говорит, у каждого свои странности.
– Я видел его фото в Инете: шикарный мужик. Я не баба, конечно, но уверен, что бабы по Голицыну с ума сходят. Полностью упакован, и вид у него такой, будто он ни за что не войдет в дверь, если ее перед ним не откроет швейцар. Врет, – уверенно сказал Алексей. – Никакие это не странности. Его загнали на этот паром обстоятельства. А вот что за обстоятельства…
– При которых, кстати, пропала его красавица жена, – напомнил Панов. – Дело это, Лешка, совершенно безнадежное. У нас нет ни осмотра места происшествия, ни показаний свидетелей, ни заключения экспертизы. Вообще ничего, с чем мы привыкли и могли бы работать. Просто факт: пропала очень богатая женщина. Прошло пять дней, все следы преступления, если таковое имелось, уничтожены, паром в Таллине, команду допросить невозможно. Может, ктото чтото и видел, но мы этого узнать не можем. Международные отношения сам знаешь какие. Тут чистой воды психология, – поморщился Панов. – Надо поговорить с каждым из их компании и на основании психологии и главным образом интуиции понять, что там на самом деле случилось. Но это фигура высшего пилотажа.
– Я понял, – кивнул Леонидов, – можешь больше не подлизываться. Черная кошка в темной комнате. Помнится, я ее уже искал. А если ее там нет?
– Нет так нет, – пожал плечами Панов. И осторожно спросил: – Ну, так я перекидываю тебе Даниила Голицына?
– Давай, – как можно безразличнее сказал Алексей. Он уже нутром почуял: дело необычное.
«Мне это надо, – подумал он, глядя, как отъезжает от отеля машина Панова. – Пока не знаю зачем, но
…Даниил Голицын его разочаровал. Фотокамера миллионеру явно льстила. Есть люди, обладающие редкой фотогеничностью, один из них, должно быть, и ввел в моду селфи. Счастливчики типа Голицына одинаково хорошо выглядят на всех без исключения фотографиях, при любом освещении и антураже. В жизни Даниил Валерьевич не производил такого ошеломляющего впечатления, хотя, безусловно, был мужчиной видным. Мечта любой женщины, не быдло какоенибудь, весь, от новеньких ботинок из натуральной кожи до идеально выстриженной макушки, – олицетворение успешности и гламура. Волосы у Голицына были темные, глаза серые, лицо в общемто скучное, ровно до того момента, пока Даниил Валерьевич не улыбнулся. Чточто, а улыбаться он умел.
«Должно быть, долго тренировался перед зеркалом, – с неприязнью подумал Алексей. И тут же одернул себя: – Не завидуй, расслабься».
– Присаживайтесь, Даниил Валерьевич, – гостеприимно предложил он.
– Не понимаю, зачем я здесь? – раздраженно сказал Голицын, опускаясь на стул и брезгливо поддергивая брючины. Носки у него были знатные, по цене костюма для простого смертного.
– Пол чистый, – не удержался Алексей, наметанным взглядом оценив носки. Олигарх хренов. – У нас в штате имеется уборщица.
– Я рад за вас. И всетаки что я здесь делаю?
– У вас ведь жена пропала.
– Я уже трижды был в полиции, в Питере. Сначала в порту, потом меня сопроводили в отделение, и, наконец, я имел беседу с какимто важным чином.
– Должно быть, вы очень старались найти свою жену, – вздохнул Алексей. – Этот чин озаботился вашей проблемой и попросил меня вам помочь.
– А вы кто такой? – подозрительно спросил Голицын.
– Лучший сыщик.
– Лучший где?
– Возможно, во всем мире.
– От скромности вы не умрете.
– А у вас, похоже, отсутствует чувство юмора.
– Может, хватит? Вы понапрасну тратите мое время.
– Мое, я так понимаю, вы не цените? Хорошо. – Алексей снова вздохнул. Уже понятно: просто не будет. – Даниил Валерьевич, ваше дело передали по месту жительства. Отныне вашей проблемой буду заниматься я.
– А… – протянул Голицын. – Тогда понятно… Бюрократия победила коррупцию.
– Вы предлагали моему другу взятку? – с интересом спросил Алексей. – Не бойтесь, этого в протоколе не будет.
– Это вы должны бояться, а не я, – насмешливо улыбнулся Голицын. – Скажем так: я намекнул, что готов оплатить услуги, если поиски моей жены затянутся. Я понимаю, что у ментов маленькая зарплата…
– Да, до вас, олигархов, нам далеко.
– Я не закончил свою мысль, – поморщился Голицын. – Зарплата маленькая, а труп отсутствует. Говоря вашим языком, отсутствует факт, по которому можно возбудить уголовное дело. Ну, пропала и пропала. К любовнику сбе жала.
– Вы исключительно правильно формулируете, – с еще большим интересом посмотрел на него Алексей. – Откуда такое знание буквы закона? Готовились, да?
– Не ловите меня за язык, – насмешливо сказал Голицын. – Я в расстроенных чувствах и всегда могу на это сослаться.
– Чтото вы не похожи на убитого горем мужа.
