— Именно этого я больше всего боялась. Когда ты падала, то ударилась больным коленом об угол стола, — пояснила она, взглянув на ногу Синтии, где из-под юбки виднелся багровый шрам. — Надеюсь, все обойдется.
Скрипя от боли зубами и тяжело опираясь на руку Айви, Синтия захромала через все фойе к двери с табличкой «Служебное помещение».
Незнакомец встрепенулся и, вскочив со стула, ретиво, будто они убегали от него, бросился за молодыми женщинами с криком:
— Куда вы?!
Синтия слабо улыбнулась: она не могла сбежать при всем желании. Обернувшись, она вежливо ответила:
— В служебную комнату. — И, немного помолчав, добавила с явной неохотой: — Можете пройти с нами, если хотите.
— Спасибо за приглашение. — Мужчина вдруг остановился и озадаченно оглядел фойе. — Что, разве вас только двое сегодня на дежурстве?
Надо же, какой у него приятный латиноамериканский акцент, отметила про себя Синтия.
— Сегодня наш управляющий отлучился по неотложным личным делам, — пояснила Айви. — Я немножко побуду с Синтией и вернусь к работе.
— Нет, не оставляй меня с ним одну! — горячо взмолилась Синтия и судорожно сжала руку подруги, совершенно не заботясь о том, что ее слова могли обидеть незнакомца.
— Ладно, так и быть, — поспешила успокоить ее Айви, хотя на самом деле ее заботило, что именно сейчас, когда в отеле наконец-то оживление, за стойкой регистрации никого не окажется. Как всегда, все случается не вовремя, в отчаянии подумала Айви.
— Лэнс, подежурь немного за стойкой, — властно скомандовал незнакомец. — Не беспокойтесь, он справится, это его работа, — пояснил он, заметив недоверчивый взгляд Айви. — Нам сюда, насколько я понял?
Синтия кивнула и прикусила нижнюю губу — ее колено снова пронзила острая боль. Она оперлась на Айви, и они вошли в служебное помещение, дверь которого придержал для них кареглазый незнакомец. Синтия физически ощущала на себе его взгляд и от души желала, чтобы этот тип наконец отстал от нее и дал возможность прийти в себя и собраться с мыслями. Ей совсем не нравился этот человек, точнее она категорически не желала, чтобы он ей понравился. Синтия прекрасно понимала, что это неразумно, поскольку он — единственная ниточка, связывающая ее с прошлым, о котором она упорно пыталась хоть что-то узнать. Но инстинкт оказался сильнее разума.
Наконец Синтия с облегчением опустилась на диван. По ее просьбе Айви тут же помчалась за ее обезболивающими таблетками, и Синтия осталась в комнате наедине с незнакомцем. Он взял стул и сел рядом с Синтией. Усилием воли она подавила желание отодвинуться. Исходивший от мужчины запах мыла и одеколона приятно волновал ее и в то же время внушал смутное беспокойство. Размышляя над своими ощущениями, Синтия машинально принялась потирать ушибленное колено.
— Что, здорово болит? — поинтересовался незнакомец.
— Да нет, терпеть можно, — солгала Синтия, хотя боль была довольно ощутимой. — Просто нужно дать колену полный покой.
— Да нет, я имел в виду, насколько сильно ты повредила его в автокатастрофе, — угрюмо уточнил незнакомец.
— Вам и об этом известно? — изумилась Синтия.
— Как же иначе я мог тебя найти? — недовольно проворчал он.
Синтию задел его тон. Тяжело вздохнув, мужчина чуть подался вперед — его локти лежали на коленях, кисти рук он сцепил в замок, а лицо теперь оказалось совсем рядом с лицом Синтии.
— Извини, — выдохнул он, — я не хотел тебя обидеть.
Синтия молчала, и после небольшой паузы он снова заговорил, уже более спокойно:
— Лэнс наводил справки по поводу некоторых владений здесь, в округе, и в местной газете наткнулся на статью о тебе с твоей фотографией. Он глазам своим не поверил! Я тоже не сразу поверил, когда он позвонил мне в Балтимор и рассказал о статье… — Он замолчал, как будто у него перехватило горло.
— Кто такой Лэнс? — спросила Синтия.
Мужчина вскинул голову и пристально посмотрел на Синтию.
— А я все жду, когда ты наконец заинтересуешься моей персоной.
Но неожиданно даже для самой себя Синтия отрицательно замотала головой. Внутренне она еще не была готова к этому.
— Этот… Лэнс, — упрямо продолжила она, — последние несколько дней не спускал с меня глаз, как будто что-то вынюхивал.
Поняв, что Синтия упорно не желает говорить о нем, мужчина нахмурился, но все же ответил на ее вопрос.
— Он позвонил мне и сообщил об аварии и… О Боже… — Он осекся и, с трудом сглотнув, поднес трясущуюся руку ко рту. — Я даже думать не могу об этом. Мне до сих пор трудно смириться с тем, что я узнал.
— Извините, — пробормотала Синтия.
Действительно, мысленно согласилась она, если он прочел в газете об этом кошмаре, ему вряд ли приятно вновь все это ворошить.
— За что? За то, что ты выжила, в то время как шесть человек погибли? — резко возразил этот неприятный тип.
Синтия вздрогнула и откинулась на спинку дивана. Ее охватил гнев, взгляд ее зеленых глаз стал ледяным.
