– Признаться, это был и мой план, сделать что-то с её обидой, – ответил Отец и рассмеялся, – однако…, я не могу сказать тебе, как скоро она изменится. Это зависит только от неё. Но одно я могу сказать тебе наверняка, – она действительно любит тебя! Рано или поздно она всё равно вернётся к тебе.
После этих слов Отца сердце Аполлона вновь наполнилось радостью, и глаза его снова засияли.
– Так значит, она любит меня? – воскликнул он, – я знал! Я знал!
– Я принял решение – отправить её жить в деревню, – продолжал Отец, – она ещё не готова для Золотой Армии, как и не готова к объединению с тобой. Ей необходимо набраться опыта и знаний, чтобы суметь оценить тот бесценный подарок, который я ей преподнёс, – ЛЮБОВЬ. Она должна научиться ценить и все те подарки, которые преподносишь ей ты. Я хочу дать ей шанс исправиться и преодолеть своё упрямство! Работа пойдёт ей на пользу!
Обжигающее солнце возвысилось над маленькими кирпичными домиками. Яркие лучи его пробивались сквозь ветви стройных, вишнёвых деревьев, которые целой аллеей тянулись вдоль дороги. Дорога эта вела через поля к Золотому Дворцу Правителя Небесного Царства.
В белом платке, покрывающим голову и всё тело, и растоптанных сандалиях шла по дороге молодая девушка с огромным глиняным кувшином в руках, наполненным красным вином. Кувшин этот был тяжёлый, и она то и дело меняла его положение: то несла она его над головой, то снова перед собой. Шаркая сандалиями и теряя сознание от жары, она собиралась с силами и продолжала идти вперёд. Иногда она подходила к деревьям, чтобы передохнуть, и невольно осматривалась в поисках воды. Но воды нигде не было. Лишь один единственный колодец стоял неподалёку от кирпичных домиков, но возвращаться обратно она не хотела.
И вот наконец, она пришла к величественному Дворцу, с громадными золотыми колоннами. Великолепные золотые фонтаны били ключом около главного входа Дворца, и девушка не сводила глаз своих с прохладных струй воды. Подойдя к Золотым Вратам, она, улыбнувшись, кивнула стражнику головой, и тот мигом помчался во Дворец.
– Кто явился ко мне? – сурово спросил Правитель, который сидел на золотом троне и в раздумьях величественно глядел вдаль.
– Изволите ли видеть, Ваше Святейшество, – ответил стражник, – дочь Ваша явилась к Вам.
Правитель улыбнулся. Хоть и сердился он на неё порой, но всегда был рад видеть дочь свою, младшую. Она была словно маленький, дикий цветок. Упрямая и непокорная, зато искренняя, чистая и добрая.
– Пусть заходит, – сказал Правитель, и Золотые Врата раскрылись перед девушкой. Она вошла в Зал к Правителю и, поставив перед ним глиняный кувшин с вином, села на колени, и склонилась перед ним.
– Принесла? Молодец, – спокойно ответил Правитель, – день сегодня особенно жаркий. Может и ты хочешь выпить со мной?
– Не откажусь, – ответила Гестия, – но хотелось бы воды, прохладной.
Тогда Правитель протянул ей золотой фужер с прохладной водой, и она жадно выпила всё до дна. Он смотрел на неё с умилением и всё время улыбался.
– Ну, как проходит жизнь в деревне? – спросил Он, – не перегружают ли тебя работой?
– Нет, Ваше Святейшество, – ответила она, – теперь мне даже как-то легче стало.
– Легче стало? От чего же? От того ли, что таким образом ты смогла спрятаться от замужества?… Или и впрямь что-то осознала?
Она не ответила и опустила свой взгляд.
– А это ещё что?! – воскликнул Правитель, увидев золотые браслеты на руках у Гестии.
– Это…, – ответила она, – это подарок… возлюбленного моего.
– Возлюбленного! – возмутился Правитель и вскочил с трона, – знаешь ли ты, девочка, что означают эти браслеты?!
– Знаю, – тихо ответила она, – я читала про Золотую Армию.
– Читала она! – снова возмутился Он, – Аполлон подарил тебе их?! Вот неугомонный мальчишка!
Правитель сначала рассердился, затем подумал немного и тут же рассмеялся.
– Уже и браслеты успел ей вручить! И когда он всё поспевает?
– Отчего смеётесь Вы, Отец? – обиженно спросила его дочь.
– Рано ещё браслеты тебе такие иметь! – ответил Правитель, – умение стрелять из лука ещё не делает тебя воином! Воин – это тот, кто верит в себя, верит в Отца своего, ничего не боится, и ни в чём не сомневается! Разве может настоящий воин подозревать Отца своего, что тот, якобы хитростью, пытался выманить его из леса? Что Отец послал ему ЛЮБОВЬ ради своей же собственной выгоды? Что за фантазии!
Он сурово смотрел на Гестию и продолжал:
– Пока ты ещё не воин, а глупая, упрямая девчонка!
Услышав его речи, Гестия расплакалась словно ребёнок. Слёзы градом хлынули из её глаз.
– Плачь, плачь! – сказал Отец, – может хоть теперь ты образумишься!
И всё же Ему стало жаль дочь свою, и Он подошёл к ней и стал гладить её по голове.
– Ладно, – произнёс Отец, – оставь пока браслеты себе, если они вселяют в тебя надежду. Но тебе придётся ещё много работать! Ты же понимаешь это?
Гестия кивнула головой, и после недолгого разговора они попрощались.
