К заключённому далеко идти не пришлось, буквально через две железных двери. Как и обещал Комаровский — никаких окон, единственная дверь, да ещё и видеонаблюдение. Что для раненного явный перебор со средствами безопасности, но мы и не его опасались, а за него, тех, кто может за ним прийти.
— Владлен Серафимов, настоящее имя Арман Враданян, уроженец Сухума, — зачитал граф, когда мы вошли в камеру. — Три года назад утроился по поддельным документам в питомник при медицинском институте приматологии, вероятнее всего, с целью кражи питомцев и последующей перепродажи. Но что-то пошло не так. Да, Арман? Не хочешь рассказать нам, что вы там делали?
— Слушайте, я всего лишь ассистент, понятия не имею вообще, о чём вы, — ответил зафиксированный на кушетке мужчина.
— Вот как? И почему же вы решили бежать от сотрудника милиции?
— Видал я таких милиционеров, у него же рожа явно уголовная! — попробовал выкрутиться Владлен. — И это не первая наша встреча, он меня чуть камнем не убил! Потом обворовал, сумку порезав, да ещё и обвинил в краже, я едва ноги унёс…
— Слушайте, он же совершенно не врубается, о чём речь идёт. — с усмешкой, при виде которой Владлен вздрогнул, проговорил я. — Мужик, ты не в милиции, не в МВД и даже не у чекистов. Ты в СИБ. Ты и твои дружки покушались на жизнь князя, а по новым, и очень старым законам, за участие в таком нет никаких других наказаний, кроме смертной казни. Понимаешь?
— Что за брехню несёт этот отморозок малолетний? — мотнув головой и поморщившись от боли, спросил мужчина. — Я ни к чему не причастен! Я просто…
— Эй-эй, успокойся. Если ты и правда непричастен, то вообще нет проблем. Просто скажи, где располагается лаборатория в Абхазии, на которой готовили киллеров, и мы тебя, конечно же, не отпустим, но хоть жив останешься.
— Я невиновен! Вы взяли не того. Я понятия не имею ни о каких лабораториях! Вы же сами всё разузнали, у меня даже учёной степени нет. Я диплом в Москве в переходе купил! — задёргавшись в путах, проговорил мужчина. — Может,это и незаконно, но больше я ни в чём не виновен.
— А вот тут есть небольшая, крохотная такая проблемка, — вступил в разговор Комаровский, до этого с улыбкой наблюдавший за нашей словесной перепалкой. — Отпечатки пальцев, на пистолете — ваши. Уже проверили. А это незаконное хранение огнестрельного оружия. Вы вначале оказывали сопротивление, затем пытались скрыться и в конце, будто этого мало, попытались убить сотрудника при исполнении. У нас в стране сроки не суммируются, выбирается просто максимальный. Так что тебе светит всего пятнашка.
— Это если бы я был обычным сотрудником, — вставил я свои пять копеек. — А тут у нас явное противоречие, простолюдин покушался на аристократа. Боюсь, пятнадцатью годами, по уже доказанным статьям, он не отделается.
— Да вы брешете. Я невиновен! — снова взвыл Владлен.
— Конечно, как мы могли забыть ещё один факт! У нас же есть свидетель, который дал показания о том, что ты участвовал в незаконных экспериментах на людях! — радостно добавил Комаровский. — Так что от вышки тебе никак не отвертеться. Но, может, по амнистии лет через тридцать…
— Я никаких экспериментов не проводил, у меня даже образования нет! Послушайте, я вообще ни при чём! — снова запричитал мужчина. — Вы взяли не того, вам профессор нужен! Это он всем заправляет, и опыты тоже он проводил.
— И я бы совершенно не возражал, если бы он уже не дал показания, — с улыбкой дополнил граф. — В том числе о том, что привлекал тебя, а ты не только не доложил куда следует, но помогал, будучи соучастником. Это в дополнении к твоим предыдущим обвинениям, и их совершенно не отменяет.
— Но всегда можно пойти на чистосердечное признание в том, что нам и так известно. Это будет учитываться судом как смягчающее обстоятельство, и ты даже сохранишь себе жизнь, — сказал я, глядя на мечущегося в путах Владлена. — Что лучше, сидеть в могиле, сидеть в тюрьме пожизненно, или отсидеть лет пять?
— Идите на хрен! Я ничего не знаю и подписывать ничего не буду! Я невиновен!
— Ага. Значит, первый вариант. Ну могила так могила, — пожав плечами, проговорил я и достал из чехла нож. — Вот только из-за тебя я чуть не умер, так что, если возражений не имеется, подыхать ты будешь долго и со вкусом.
— Уберите! Уберите от меня этого психа! — орал, дёргаясь в надёжно фиксирующих его ремнях лжеассистент. — Стойте! Этот урод меня реально прирежет. Да стойте же…
— Так кофе захотелось, — проговорил граф поднимаясь. — Я, пожалуй, схожу приготовлю. Минут двадцать меня не будет. Хорошо?
— Да мне и десяти хватит, — ответил я.
— Нет! Стойте! Не оставляйте меня с ним, — взмолился Арман, когда граф уже был у двери. — Я всё расскажу, только уберите этого психа.
— Нет-нет, он уже уходит. А рассказать, так ты всё равно расскажешь, не лишай меня удовольствия, — многообещающе улыбнулся я, показывая нож с лучшего ракурса.
— Стойте! Лаборатория не под Сухумом, мы использовали старую горнолыжную базу на Поляне. Туда свезли оборудование. Я готов всё показать, только не оставляйте меня с ним.
— Это где? — оглянулся я на графа.
