— Если они не решат забрать с собой весь мир, ничего страшного для нас не произойдёт. Для Азии — да, там будет и голод, и проблемы, а у нас страна самодостаточная и очень далеко от конфликта. Максимум до нас докатятся волны беженцев, но это будет нескоро. А мне сперва надо питомицу забрать.
— Сороку? Да, Маша говорила, что извелась вся, — с улыбкой сказала Аня. — Сейчас я ей позвоню… ой, связь не работает.
— А вот это уже серьёзно. У нас всего пара вышек связи на центр, так что, скорее всего, их зарезервировали для экстренных сообщений, — подумав, решил я. — Придётся действовать по старинке, доберёмся ножками.
Благо машина уже была на стоянке, по приезду я забрал её от здания СИБ. Пять минут, и мы уже подъехали к старой пятиэтажке. И стоило нам завернуть во двор, как все сомнения в правильности маршрута исчезли вместе с доносящимися криками и радостным «у-у-а-а».
— А ну, стой, паршивка! — с воплем выскочила из подъезда полуголая девушка, гонясь за обезьянкой в ярком зелёном комбинезоне. Сорока с радостными криками скакала по деревьям, сжимая в лапе красный кружевной лифчик. Заметив чёрный гелендваген, она резко сменила направление и ринулась к нам.
— Отдай немедленно!
— Привет, Маш, — помахала ей ладонью Аня, улыбнувшись и чуть отведя взгляд.
— Вот, держи, — поймав Тринадцатую и забрав у неё добычу, протянул я лифчик.
— Она просто невыносима! — зло выкрикнула девушка, выхватив у меня из рук бельё, и только после того, как обезьяна кривляясь ткнула в неё пальцам, обратила внимание, что стоит во футболке и домашних тапочках во дворе. — Ой… У-и-и!
— Эй, погоди! — успел крикнуть я вслед, но девушка с визгом уже заскочила домой, с грохотом захлопнув дверь. Взяв за шкирку Сороку, я посмотрел ей в грустные глаза. — Ну и что ты наделала? Как я теперь деньги за твоё содержание передам?
— Давай я схожу, меня она вряд ли будет стесняться? — предложила Аня, и я без вопросов отдал девушке кошелёк, сам оставшись с животинкой. Ухоженной, вычесанной и даже подстриженной, надо будет за это сказать отдельное спасибо, можно деньгами.
Аня вернулась минут через пять, весёлая и довольная, рассказав, что на самом деле одногруппница привязалась к Сороке, просто мы приехали не в самый удачный момент, и та даже не в курсе о ядерной войне. Решив помочь девушке, мы поехали в магазин за товарами первой необходимости, а увидев очереди, поняли, что нужно менять планы.
Путём нехитрых рассуждений было решено отправиться сразу на оптовую базу, где тоже наблюдался повышенный спрос. А к тому моменту, как я купил четыре коробки тушёнки, туалетную бумагу и крупы, началась настоящая паника. Люди, будто обезумевшие, сметали с прилавков совершенно всё, независимо от полезности и срока годности. Но тут нас в очередной раз выручил бандитский вид гелика, его сторонились, обходя и опасаясь поцарапать, так что мы без проблем выбрались из толкучки.
Остаток вечера мы развозили припасы знакомым, которые не успели закупиться сами. Большинство в долгу не оставалось, даря всевозможные соления и варенья, от которых мы отказывались как могли. В результате наш обменный фонд вскоре был довольно разнообразным, и хорошо хоть сезон кабачков закончился.
Наконец, когда солнце давно село, мы смогли уделить немного времени друг другу. Что вылилось в ругань от беспокоившейся Маргариты Геннадиевны, когда я наконец вернул Аню домой. Но даже это не смогло испортить нам с девушкой хорошего настроения, а разносолы и тушёнка немного исправили ситуацию.
В свой гостиничный номер я вернулся за полночь и сразу завалился спать. Вот вроде ничего особенного за день не сделал, а будто роту врагов ножом вырезал. Мне даже что-то снилось, что обычно не предвещало ничего хорошего. Ведь вторжение в сны могло быть признаком демонического прорыва или атаки сноходцев, но это был просто сон.
А утром началось…
— Вчера начался полномасштабный ядерный конфликт между Индией и Пакистаном, — ходя вдоль аудитории, мрачно говорил капдва. — Причины тому для нас не принципиальны. Но нужно знать, что после ухода Британия так поделила Индийскую империю, что между исламскими общинами остались буддистские и наоборот. Кроме того, там существует спорный регион. Как Карабах между Арменией и Азербайджаном, так и Кашмир между Индией и Пакистаном — спорные территории. Это, не говоря уже о Палестине. К сожалению, всё это плоды деятельности Британии и Штатов.
— А при чём тут Штаты? — возмутился один из новеньких. — Да и Британия в отсталой стране строила школы и железные дороги.
— Хорошо по вам проехала английская пропаганда, — недовольно покачал головой Пётр. — Поди ещё и в Лондоне в школе учились, судя по акценту? Русский не родной? Можешь не отвечать. Вот тебе только пара цифр. До британского вторжения ВВП Индии составлял от 29 до 32 процентов от мирового. После — меньше двух процентов. Из-за попыток смешения кастовой системы грамотность снизилась в десять раз, а смертность среди детей выросла в семь раз. Вот вам и влияние образованной Европы. Это, не говоря уже о смертности от наркотиков. Ясно?
