Спустя всего пару дней приехали представители инверторов, для оценки находки, а вчера появились наёмники. По национальности самые разные, но при допросе все сошлись на том, что нанимателем выступала английская контора, базирующаяся в офшорах. Юридически не прикопаешься, но все всё понимают и так.
После того как монахи обратились к боевикам, сражавшимся за независимость Абхазии, те пригнали военную технику, и сами подоспели в составе трёх рот, чего оказалось достаточно для подавления наёмников, и те в панике подорвали туннели, даже не закончив минирование.
Историческая и геологическая ценность, формировавшаяся тысячи лет, была разрушена вандалами за несколько секунд, но самое худшее выяснилось в самом конце.
Скрижали не было. Вместо неё в стене красовалось ровное квадратное углубление.
А потом стало известно, что за несколько часов до моего прибытия из Гагр улетел вертолёт. Примерно в то же время, когда профессор рассказал о находке. Англичане вновь умудрились нагадить, во всех смыслах этого слова.
— Князь Пожарский? Это канцелярия СИБ, ожидайте, соединяю вас с генералом Лебедем, — донёсся до меня чуть усталый, но уверенный женский голос, не дав вставить ни слова. Звонок поймал меня, стоило пересечь границу и оказаться в зоне действия сети.
— Из какой задницы вы выбрались, ваше высочество? — чуть ли не с угрозой обратился ко мне глава СИБ.
— Я так понимаю, у вас был тяжёлый день, генерал, а потому в первый и последний раз прощу вам такое обращение.
— А потом что? — с усталым сарказмом спросил Лебедь.
— А потом мы будем с вами общаться по официальным каналам. Как подчинённый с одной стороны… и второй в очереди на наследование престола царевич с другой. И, может, сейчас власть монархии не столь сильна, но в ближайшие годы она усилится.
— Большие планы? Что ж, хорошо. Я это учту. Прошу прощения за неуместное высказывание и резкость.
— Я принимаю ваши извинения. Надеюсь на дальнейшее продуктивное сотрудничество, — сухо ответил я. — А теперь давайте перейдём к делу. Что у вас случилось, такого срочного?
— В сочинском отделении СИБ вас ждёт задержанная Анастасия Берёзова. Согласилась общаться только с вами, так что остальное выясните на месте. Всего доброго, — попрощался генерал и положил трубку. Мне же пришлось вместо отдыха звонить в офис и выяснять, что за фигня происходит.
И ситуация оказалась нетривиальной, особенно учитывая, что несмотря на поздний вечер, мне почти сразу ответили и подтвердили: Берёзова действительно у них и действительно готова разговаривать лишь со мной. Требование странное, но не более странное, что все упорно забывали добавлять к её наименованию «княжна».
— Сегодня, в пятнадцать часов, Берёзов покинул территорию Российской Империи, после чего было совершено повторное покушение на императорскую чету, — наконец рассказал мне глава оперативного отдела СИБ в Сочи. — Сложить два плюс два было несложно, так что его величество личным указом лишил Берёзова всех титулов и владений.
— Что с семьёй государя?
— Двое сыновей погибли, император легко ранен, — беспристрастно сказал граф. — Анастасия пыталась улететь на частном самолёте, но её задержали. Сочи вообще для высокопоставленных аристократов не лучший город. Одного убили, второго задержали…
— Но двоих не уберегли. Как?
— Меня там не было, — ответил оперативник, сверкнув глазами.
— Я не это имел в виду. Сам предупреждал их, что зачистки ни к чему хорошему не приведут. И всё же мне нужны подробности.
— Если коротко, попытка государственного переворота провалилась. Террористы ворвались в здание Государственной думы, когда там выступал император с речью. Там была настоящая бойня. Около сотни депутатов и аристократов мертво. Остальные имеют ранения разной тяжести. Террористы полегли все. Они явно не могли проникнуть в здание думы без поддержки, и её вскоре обнаружили, сейчас допрашивают.
— А я ещё пропал на полдня… — поморщился я, понимая реакцию Лебедя. — Михаил жив? Романов?
— Да, кажется, он отсутствовал. Думаете, это он?
— Нет. Вряд ли, — подумав, покачал я головой. — У него хватит терпения, чуть выждать. Кто главные подозреваемые?
— Главным образом — Берёзов. Он сказался больным за час до заседания, хотя должен был вести комитет по природным ресурсам. А его поспешное бегство с семьёй лишь подтверждает догадки.
— Это мы выясним, — успокаиваясь сказал я. — Она не готова общаться ни с кем, кроме меня? Что же, это её проблемы.
— Удачи, — усмехнулся командир. — Её уже маринуют в допросной.
— Отключите камеры, пока что. Думаю, разговор затянется.
Это графу не понравилось, но он согласился, и через три минуты я прошёл в комнату, где извелась на стуле девушка. Она пока держалась, хоть видно было, что смыть косметику ей пришлось, чтобы та не оказалась размазана по лицу из-за слёз и соплей. Настя взяла себя в руки и крепилась изо всех сил.
