— Ну, один гектар я могу вполне продать, — улыбнувшись, пожал я плечами. — А ваш покровитель в комиссии просто выдвинет предложение о нужных участках, мой его поддержит, а когда всё будет оформлено, и вы соберете нужную сумму, мы подпишем договор, по которому я передам этот гектар графу. Ну или вам.
— И сколько же вы за него хотите? — не слишком довольно спросил Житов. — Судя по вашему виду, в деньгах вы не особенно стеснены.
— Они имеют свойство быстро заканчиваться, а я ещё даже не купил себе гелендваген. — отмахнулся я, заставив лицо боярина вытянуться. Ага, не зря название запомнил. — Так что не сомневаюсь, мы найдём общий язык.
— Я должен обсудить это с графом, — не слишком уверенно проговорил Житов.
— Конечно, обсуждайте. А я даже запишу для вас место, которое договорился получить. Три участка, все в Сочи. Два на побережье и один в горах.
— Комиссия не предоставляет земли народного пользования, в заповедниках и городах, — напомнил Житов.
— Конечно. Поэтому мы и выбрали немного там, немного тут. Между Сочи и Адлером, за ним, там, где болота, и в горах, на самой границе заповедника, — тут же переиграв все в голове, сообщил я, и максимально понятным твёрдым почерком записал всё в блокнот. Затем добавил туда свои контакты и, вырвав лист, протянул боярину. — Только мне заранее хотелось бы знать, какой из гектаров нужно будет передать вам.
— В этом нет ничего такого. Нам тоже нравится побережье, — улыбнулся Житов, — наши интересы совпадают. Но мы уже выкупили несколько участков и фирм с пирсами и гаражами, где раньше был недостроенный порт. Теперь его сиятельство хочет возобновить строительство и создать транспортный узел южнее Новороссийска. Естественно, всё на территории будущего порта уже принадлежит нам. Кроме земли. Так что никто не станет возражать против такой передачи. А насчёт работы, если она вам действительно интересна, могу в понедельник порт показать.
— Это же просто отлично. Думаю, мы сумеем с вами договориться, — улыбаясь от уха до уха, сказал я, — Уже поздно, так что ужинайте без меня. А как будут новости — обязательно звоните.
Житов, поднявшись с кресла, пожал мне руку, бережно спрятал листочек во внутренний карман пиджака, а я вышел на улицу, с трудом сохраняя спокойное лицо. Маленькие трудности с наличкой у него. Внезапно, вот буквально вчера появившиеся. И девушки в грузовых контейнерах. И порт, который должен стать частной территорией, куда простым входа нет.
Возможно, я ошибался. Возможно, зря накручивал себя. Совпадения случаются. Но сейчас мне в это слабо верилось. Пришлось отказаться от такси и идти пешком, чтобы проветрить голову. Благо дорога шла вдоль моря, и оно шумело, смывая своими волнами и пропитанным йодом воздухом плохие мысли. Через полчаса я был уже у дома, где рядом с подъездом стояло несколько милиционеров и один мужчина в сером костюме.
— Князь Пожарский? — мгновенно оценив меня, сказал тот, шагнув в мою сторону. — Капитан Сёчев, отдел по борьбе с орг преступностью. У нас к вам несколько вопросов.
— Не очень понимаю, чем обязан такому счастью, — спросил я, едва успев рассмотреть показанные мельком корочки. — И как вы вообще так далеко оказались от своей работы в Москве. Сочи разве в вашей юрисдикции? Как и аристократы в целом.
— Похоже, вы уже получили деньги и консультацию, — хмыкнул Сёчев. — Только вот я из федерального центра, и полномочий у меня вполне хватает. А вы проходите в статусе свидетеля, а не обвиняемого. Пока.
— И что это должно значить?
— Для начала я прошу вас проехать в отделение, для уточнения нескольких вопросов. Замечу, «прошу». Но в случае оказания сопротивления у меня будет повод применить силу. Ну а уж если вы примените силу, тут извините, нападение на сотрудника федерального ведомства.
— Возможно, я что-то путаю, ну знаете, теряюсь в деталях… Но о какой федерации идёт речь? — невинно спросил я, глядя, как даже в темноте лицо оперативника наливается пунцовым цветом. Мне аж начало казаться, что он сейчас сорвётся и разразится матом, но мужчина быстро взял себя в руки.
— Привычка, — слабо улыбнувшись, ответил он. — Но давайте не будем ёрничать, князь. Полномочий у меня вполне хватает, и сейчас вы фактически нарушаете сразу три закона. Мы можем сделать всё просто, пройти в отделение, где вы ответите на вопросы. Или можем существенно всё усложнить, и в результате вы из свидетеля будете переквалифицированы в подозреваемого. А вам это нужно?
— Увы, курс юриспруденции у нас ещё не начался, но что-то мне подсказывает, что делами старшего боярского сословия должна заниматься СИБ, а не… как вы назвали своё ведомство? Впрочем, неважно. Раз это моя добрая воля, и ваша инициатива, то давайте поговорим, почему нет…
— Хорошо, следуйте за мной в участок, — с облегчением ответил Сёчев.
— Для разговора в участок ехать нет никакой нужды, — улыбнувшись ответил я. — Да и вечер поздний, думаю, нам обоим будет удобнее поговорить в ближайшем ресторане, ну или можем зайти в мою съёмную квартиру.
— Послушайте, любому самодурству есть предел!
