Оглядевшись по сторонам, он позвал домовиков. Потом криком попытался дозваться до преподавателей или завхоза, если таковые имелись поблизости. Но ответом ему была только тишина.
ПР-Р-Р-Р-Р…
Живот вновь забурлил. Сильно забурлил. И в этот раз Кинг сомневался, что его прокачанной силы и прочности хватит, чтобы сдержать клапан.
— Бля… извини. Полежи пока, я скоро…
Он пулей влетел в женский туалет. Забежал в одну из кабинок, закрылся…
— Вот же дерьмо… еле успел, — по виску Кинга стекла капля пота.
Сидя на толчке, он на пару мгновений почувствовал эйфорию. Цель достигнута. Однако проблем стало ещё больше: ему нужно доставить Уизли в Больничное Крыло или, по крайней мере, найти студента/профессора, дабы это сделали за него. Ведь у него совсем нет времени, он опаздывает на Турнир Трёх Волшебников!
Туалет был рабочий, однако света сюда проникало не слишком много, несмотря на солнечное утро за окнами-бойницами. В помещении большую часть времени царил полумрак.
Тем неожиданней для Кинга показалась янтарная вспышка где-то за дверью туалета.
— Что за нахер? — подобрался Кинг, готовясь призвать антрацитовую палочку из Хранилища. Если потребуется, он будет сражаться, даже сидя на унитазе.
— Курлык… — раздалось откуда-то сверху.
Кинг поднял голову и увидел крупную птицу с огненным оперением, сидящую на тонкой дверце туалетной кабинки. «Феникс Дамблдора?» — мелькнуло у чемпиона.
Фоукс балансировал и слегка размахивал крыльями, с удивлением уставившись на студента.
По наличию фамильяра директора Кинг быстро сложил два и два…
— Фоукс, подожди, пожалуйста, — попросил он.
Однако магическая птица упрямо мотнула клювом и замахала крыльями. Судя по вспыхнувшим огненным узорам на перьях, она сейчас будет перемещаться. Ну, а то, что клюв и корпус уже склонены вниз, дабы спикировать на одного срущего чемпиона, только подтверждали тот факт, что ждать птиц не намерен.
— Блять… — Кинг на автомате вскинул ладонь, из которой вылетел широкий полупрозрачный луч А-рангового отталкивающего заклинания. Однако результата не было. Кинг как-то позабыл, что у фениксов, как и у сфинксов, есть защита от магии, а к большинству заклинаний они и вовсе невосприимчивы, потому спелл будто обогнул его, не причинив ни малейшего вреда и не сдвинув Фоукса ни на дюйм.
— Кри! — феникс спикировал на Кинга.
«Ускоренное Восприятие» врубилось само собой. Наверное, со страху. Всё же очень не хотелось сверкать голым обосранным задом перед трибунами, чемпионами и судьями турнира.
Вжух… Бамц…
Массивный зимний ботинок сбил пернатого бомбардировщика, заставив улететь куда-то за дверцу вместе с обувью. С той стороны раздалось возмущённое, прямо-таки негодующее чириканье.
Кинг уже снимал второй ботинок, чтобы в случае чего отбиться от неугомонной птицы. И не прогадал, Фоукс оказался настырным малым и запрыгнул туда же, но от следующего обувного снаряда увернулся огненной аппарацией.
Кинг уже хотел облегчённо выдохнуть, но Фоукс снова возник над ним, теперь уже на перегородке слева.
— Дай мне две секунды. Только две секунды! — взмолился Кинг. Но феникс оказался неумолим.
Он в крутом пике рухнул Кингу на голову…
Мгновение — и они уходят пространственным перемещением.
А напоминанием от короткого противостояния человека и феникса остались лишь пальто, висевшее на ржавом крючке туалетной кабинки, да чёрные ботинки, асимметрично лежащие в раковинах напротив.
Погодка на улице стояла хорошая — мороз и солнце, но оттого день не стал менее херовым. По крайней мере, так считал Кинг.
Нет, он не обосрался. Пока что. И, хвала всем богам, ему не пришлось сверкать голым задом перед трибунами.
Феникс оказался смышлёной птицей и не стал перемещать Кинга прямо пред очи толпы. Чемпион в огненном сполохе появился под трибунами, и у него было время для приведения себя в порядок.
Вышел на люди он совершенно неспешной, но в то же время уверенной походкой, как того требовал статус чемпиона. В самом деле, не бежать же ему из-под трибун, сломя голову.
Гомон толпы отражался от вод тёмного озера, чуткое ухо Кинга улавливало лишь какофонию звуков, но среди них можно было расслышать отдельные реплики: многие спрашивали, почему ещё не начинают и где носит четвёртого чемпиона.
Стоило ему подойти к берегу, как шум толпы постепенно стих. Дамблдор обернулся и выдохнул с облегчением, едва заметно кивнув.
Какой-то рыжий парень, сидящий за столом судей, с укором глянул на него и спросил:
— Где вы были, мистер Диггори?
— Бегал, — ответил Кинг первое, что пришло в голову. — Разве не видно? Я без пальто.
— И даже обувь сняли, месье Дигго’йи? — со смешинкой в голосе спросила Олимпия Максим — директор Шармбатона.
— Вроде того, — кивнул Кинг, не став что-либо объяснять. Ему казалось, будто он забыл что-то важное…
«Блять, точно… рыжий!» — его взгляд упал на парня, сидящего с судьями.
Кинг ведь оставил Рона Уизли в коридоре. Пацан там кровью истекает.
— Кхем, директор Дамблдор, — позвал Кинг, подойдя ближе к судейскому столу. — Можно вас на секунду?
