К слову, его тело ещё после первого соприкосновения со стенками пищевода мгновенно оказалось покрыто кислотной слизью, которая постепенно переваривала его, снижая и без того оранжевые хит-поинты. Теперь к этому добавились ещё и капли желудочного сока, а последний по своей деструктивной способности не уступал концентрированной соляной кислоте, расплавляя всё, что в него попадёт.
— Вот же невезуха, — прохрипел Кинг. На тающие хит поинты он старался не смотреть, чтобы лишний раз себя не нервировать.
Кальмар замер на месте, хотя вокруг раздавались его надрывные басовитые стоны, от которых душа Кинга, казалось, хотела убежать через задницу.
Чемпион позволил себе отпустить копьё одной рукой, чтобы в воздухе схватить появившийся портключ. Сквозь слёзы обречённости Кинг прошептал:
— Портус.
Он ожидал уже привычное ощущение того, как его сжимает и, словно протащив через игольное ушко, выплёвывает в поместье Диггори, но почему-то ничего не поменялось. Он повторил слово-активатор несколько раз, но тщетно. Треугольный медальон на цепочке лишь рябил и пытался искривить пространство, но собственно телепортации по непонятным причинам не последовало.
«Твою же… неужели портключ воспринимает меня, как часть долбаного кракена?» — вот теперь точно самое время паниковать.
[FEAR 97%]
[FEAR 98%]
Сердце рвалось из груди, будто ему не хватало там места, пульс гулким барабаном стучал в висках.
Кальмар утробно загудел. Кинг покрепче вцепился в копьё, но это не особо помогло. Мощнейший толчок перевернул и подкинул его, пальцы едва не соскользнули, суставы в руках натужно скрипнули, хотя нагрузку выдержали, ведь были усилены маной.
Затем рывок кальмара заставил Кинга напороться ребрами на чёртово древко. Воздух выбило из лёгких; смрадная кислота попала на ноги и лицо, разъедая кожу и заставляя чемпиона шипеть и тихо материться.
Древко с отчетливым хрустом треснуло и надломилось, видимо, не выдержав таких издевательств. А быть может, на него тоже попало немного желудочного сока.
Кинг в падении призвал кухонные тесаки.
Вшух… вшух…
Два лезвия погрузились в горячую пульсирующую плоть на целую ладонь.
— ГРО-О-Р-Р!..
Так как Кинг опустился ещё ближе к желудку кальмара, лопающиеся пузыри на поверхности кислотного озера принялись обдавать его ноги и задницу обжигающими брызгами. «Кажется, трусы всё же придётся менять», — мелькнуло у него.
[ХП: 298/1260]
Попавшая на задницу кислота подстегнула его заработать руками, снова и снова погружая ножи в плоть, благодаря чему он смог упрямо продвигаться наверх, несмотря на окружающую тряску.
«Нужно что-то делать. Если я и дальше продолжу здесь висеть — мне пиздец», — пришёл к вполне логичному выводу Кинг. Пару раз ему повезло, и он не сорвался вниз, но в следующий раз он может не удержаться. Тем более что тряска может увеличиться, а желудочный сок по-прежнему на нём, и очистить себя магией у него сейчас нет возможности.
Хитов осталось не густо. Мана из-за отсутствия антрацитовой палочки в его руке не восстанавливалась, а лишь убывала, поддерживая Наблюдателя и ускоренное восстановление жизни. Хотя очков МП всё ещё было около трети.
«Стоп… Наблюдатель!» — Кингу пришла в голову любопытная идея. Если бы не висевшая над ним астральная проекция, он бы ни хрена не увидел вокруг. Но ведь её можно использовать немного иначе.
«Вряд ли меня собираются спасать… сомневаюсь, что судьи вообще знают, что меня схарчил местный кракен, — думал Кинг. — А это означает лишь одно: надеяться можно только на себя. И никакая удача теперь не поможет».
Повиснув на одной руке — и истово молясь, чтобы мамин нож выдержал и не вылез из щели-раны — Кинг призвал волшебную палочку и направил ту прямо на слизкую розоватую стенку:
— Редукто, блять!..
Жизнь любит преподносить неожиданные сюрпризы. Вот только почему-то эти сюрпризы, как правило, не очень приятные.
Хотя в текущем случае характеристику «не очень приятный» уместнее заменить на «воистину ужасающий». Ибо безопасность турнира оказалась под очень большим вопросом, причём как безопасность чемпионов, так и безопасность простых обывателей с трибун.
«Какого Мордреда здесь происходит?» — спрашивал самого себя Дамблдор, пытаясь представить, как так вышло, что Страж Хогвартса не реагирует на проецируемые Альбусом ментальные образы, а также невербальные просьбы успокоиться.
Ментальное давление и манипуляции, по идее, должны работать, однако по неизвестным причинам Монстр Гриффиндора оказался недоступен для «разговора».
«Эх… сегодня здесь присутствуют иностранные гости. А уж что в ближайшее время будет писаться в европейских газетах…» — мелькнула удручающая мысль, но он её поскорее отбросил, дабы настроиться на предстоящий бой. А в том, что этот бой состоится, больше не оставалось сомнений. Головоногого нужно утихомирить.
Бузинная Палочка нацелена на приближающееся щупальце с присосками. В разогнанном восприятии Дамблдор видел, как оно, прорезая воду и разбрызгивая капли, летело к трибунам.
