— Всё в порядке. Я готов ответить на ваши вопросы, это наверняка важно.
— Ты прав, это действительно важно. Видишь ли, у жюри и организаторов испытания были весьма скромные возможности по наблюдению за чемпионами. Наши артефакты имели ограниченную дальность действия из-за естественного магического фона озера, а вся волшебная аппаратура, установленная Министерством, была выведена из строя, когда Страж Хогвартса выбрался на поверхность.
Дамблдор прервался, чтобы манящими чарами прилеветировать чайник и мармеладки. Он предложил сладости Седрику, но тот вежливо отказался.
— Так вот… в этой связи я хотел бы знать всё, что произошло в подводном городе русалок.
— Если честно, директор Дамблдор… я и сам плохо понимаю то, что произошло. Всё вышло как-то… сумбурно. Много странностей. К примеру, что гриндилоу, что тритоны и русалки — все охотились именно за мной, но при этом практически не обращали внимания на остальных чемпионов.
— Здесь я с тобой не соглашусь. Мисс Делакур была серьёзно ранена гриндилоу, хотя она даже не добралась до дна и не спасла свою сестру.
— Надеюсь, с ней всё в порядке.
— Да, мадам Помфри ее подлатала.
— Кстати, как так вышло, что Делакур прошла в третий тур? И простите за бестактный вопрос: почему француженка, даже не опустившись к заложнице… кхем… получила больше баллов, чем я?
Седрик действительно получил самую низкую оценку, хотя Дамблдор при обсуждении и оглашении результатов выставил ему максимальный балл, как и Гарри Поттеру. Причина столь низких отметок других судий проста: нежелание Альбуса распространяться о том, что всему виной могли быть действия хаффлпаффца. Не желал он и оповещать всех о его спонтанной победе над гигантским кальмаром.
Директор не стал так подставлять своего студента, потому кроме Аластора и Флитвика о том, что произошло внутри Стража, пока никто не знал. Хотя сколько удастся держать всех в неведении — вопрос на тысячу галлеонов.
— Это вопрос к другим судьям, мальчик мой, — уклончиво ответил Дамблдор. — Но речь сейчас не о баллах. А о том, что испытание, по неизвестным для нас причинам, вышло из-под контроля.
— Верно, вы правы.
— Перед тем, как ты мне все поведаешь, с твоего позволения, я немного перекушу. Ты же не против? — Альбус для проформы спросил, он сейчас слона бы съел. Ведь на улице уже вечерело, а у директора с утра ни макового зёрнышка во рту не было. Сил же на магию ему пришлось потратить изрядно, особенно когда он доставал Седрика из глыбы льда внутри гигантского кальмара.
Чемпион лишь устало кивнул. Директор тут же закинул в рот горсть мармеладок в форме лимонных долек. Ждать, пока домовые эльфы доставят ему еду, он не собирался.
Повисла довольно затяжная пауза. Альбус жевал, изредка запивая мармеладки горячим чаем.
— Ты не стесняйся, рассказывай.
— Кхем… А что рассказывать? Что именно вы хотите узнать?
— Ну, давай начнём с того, как ты оказался…
Чайник, держащийся в воздухе невербальными чарами, упал на стол и опрокинулся, выливая содержимое на часть документов.
Такая ситуация уже давно не происходила с ним. Всё из-за нарушения концентрации, что тут же повлияло на Мордредовы чары левитации на чайнике. Директор был настолько ошарашен, что забыл как дышать.
— Директор Дамблдор? — послышался обеспокоенный голос Седрика.
Сигнальный браслет на руке нагрелся. Тонкий серебряный браслет, похожий на проволоку, о котором Дамблдор давно уже не вспоминал. Обычно на запястье этот аксессуар почти не ощущался.
«Такого не может быть», — подумал он.
Этот сигнал означал лишь одно. В его личный исследовательский центр в горах проник посторонний. Нет, там уже давно не проводилось никаких тайных экспериментов в области алхимии, это дело минувших дней. Но сам факт появления незнакомца на его территории напрягал.
Попали в изолированное пространство, не имеющее физических входов и выходов. Защищённое всеми видами чар. Туда, куда можно попасть только аппарацией феникса или специальным портключом.
«Стоп, портключом?» — мелькнуло у Дамблдора.
Он резко вскочил на ноги и тремя прыжками оказался у маленькой невзрачной картины. Бузинная палочка выписала десяток сложных узоров в воздухе. Руны на картине засветились. Мгновение — появляется вид на его лабораторию, в которой не так давно он работал над созданием куклы с сознанием Пандоры Блэк.
Пару секунд манипуляций по настройке изображения и фокусировка…
— Это… любопытно, — прошептал Дамблдор. Его глаза расширились так, словно узрели Второе Пришествие Мерлина или кого-то из Основателей. Он даже на мгновение снял очки-полумесяцы, протёр их, затем опять напялил на нос. Ожидаемо, ничего не изменилось.
Седрик встал с кресла и подошёл к директору со спины. То, что было на картине, он ещё не видел:
— Профессор, с вами всё в порядке?
Дамблдор погасил изображение. Развернулся к хаффлпаффцу и схватил его за руку:
— Седрик, мальчик мой… ты пойдёшь со мной!
— Что? Но…
— Фоукс! Перенеси нас туда немедленно!
Феникс вспорхнул с жёрдочки и с протяжным «Кри-и!» покрылся огненными узорами. Мгновение — Альбус и Седрик в янтарной вспышке исчезают из директорского кабинета.
