Последующая попытка прощупать обстановку в кабинете при помощи заклинания маяка, брошенного через каминную сеть, тоже не принесла гипотетическому визитёру пользы.
— Видимо, это Седрик, — догадался Альбус, откладывая один документ в другую стопку. — Прости, мальчик мой, но сейчас я сильно занят.
Вероятно, хаффлпаффец хотел поговорить по поводу ультиматума Арагога — главы колонии акромантулов. Тут пока Дамблдору было совершенно нечего сказать мальчику. До истечения срока ещё пара недель есть. Потому они позже хорошенько об этом подумают. Что касается будущей вылазки в Запретный Лес — это никак не касается испытаний Турнира Трёх Волшебников, так что здесь директор сможет помочь Седрику мудрым советом, не нарушая пунктов магического контракта.
Однако не сейчас. Если Седрик к нему заявится — он его проигнорирует, ибо слишком много дел. И желания нет. Этот дурацкий поступок с якобы «тренировкой» в лесу выбил старика из колеи. И не только его: Хагрид с тех пор ходит сам не свой, словно обухом по голове пришибленный. Ясное дело, Дамблдор ничего не говорил лесничему о выходке чемпиона. Это директор смог понять парня, которому нужен боевой опыт перед испытанием турнира. А у Хагрида подобная новость лишь вызовет ступор: как так, его зверушек посмели обижать лишь для того, чтобы потренироваться?.. Нет, об этом нельзя говорить лесничему.
Правда, если Седрику удастся одолеть разумного Арагога, дабы обезглавить угрозу в лице колонии акромантулов, то объяснение для Хагрида всё же найти придётся. Полувеликан — хоть и недалёкий, но не полный кретин, чтобы верить в байки по поводу пожирателей в Хогвартсе, просто так истребляющих пауков в Запретном Лесу…
В одном Дамблдор точно уверен — младший Диггори стал гораздо сильнее, чем прежде. Он умудрился справиться с маткой колонии и тремя десятками взрослых особей этих смертоносных пауков. На такое способен лишь опытный мракоборец, но никак не студент шестого курса.
Благодаря жуткому стечению обстоятельств на первом испытании турнира, Седрик не только пробудил ментальный дар, но и стал довольно быстро набирать магическую мощь. Дамблдор не особо следил за этим, но, прошерстив свои воспоминания, он заметил, что с каждым месяцем мальчик становился чуть более «весомым» в ауре. История знает немало случаев, когда после подобных инцидентов маг получал толчок в развитии, но это впервые на памяти директора, когда такое произошло со студентом Хогвартса, тем более с Хаффлпаффа.
Лёгкая звенящая трель пронеслась по кабинету, оповещая Дамблдора о посетителе. Он махнул рукой — в небольшой картине справа весенний пейзаж сменился на… угрюмую физиономию Седрика Диггори.
По губам можно было прочесть: «Пусти меня. Я к директору».
Дамблдор проигнорировал студента. Горгулья на входе в кабинет также осталась безучастной.
Альбуса ожидала целая кипа бумаг и, несмотря на прекрасное отношение к парню, он не мог всё время его опекать. Он не его отец и не его дедушка. Пусть привыкает к тому, что не всегда добрый волшебник Альбус Дамлдор будет доступен по первому мановению волшебной палочки. Всё же он человек крайне занятой.
Через пару минут директор почувствовал направленный взгляд. Будто кто-то стоит рядом и буквально дышит ему в ухо.
Дамблдор повернул голову, однако никого там не обнаружил. Сквозь защиту директорского кабинета никто и ничто не сможет пройти без его ведома. Это попросту невозможно.
Некоторое время ощущение не проходило, но потом исчезло так же резко, как и появилось.
«Неужели я старею, и мне мерещится слежка?» — подумал Дамблдор. Это всё тлетворное влияние Аластора. Опытный, но слегка безумный мракоборец, в этом году работавший учителем ЗОТИ, всегда отличался особой параноей. Может, она заразна?
На маленькой картине всё так же стоял Седрик, огорчённо понурив голову.
— Прости, мальчик мой, но так надо, — прошептал Альбус. Да, он действительно занят. Однако также он считал необходимым показать Диггори, что не всегда Великий Волшебник может быть под рукой, дабы решить все его проблемы. И как-то в последнее время в жизни Дамблдора стало слишком много Седрика. Он даже вытеснил Избранного из Пророчества, что заметно отошёл на второй план. Непорядок. Надо бы проследить, как там Гарри…
Будто услышав слова директора, Седрик резко распахнул глаза, подумал некоторое время о чём-то, затем кивнул своим мыслям и скрылся в темноте коридоров.
Изображение подёрнулось рябью и вновь затянулось привычным умиротворённым пейзажем.
К стыду Кинга, он не знал, какой пароль после Рождества был при входе в директорский кабинет. Обычно горгулья сама отъезжала в сторону и пропускала его в хоромы Дамблдора.
Потому сегодня он как дурак несколько минут маялся под дверью, не зная что предпринять. Попробовал постучать костяшками пальцев по каменной скульптуре — безрезультатно. Задействовал свой суровый взор матёрого героя S-класса, от которого ссались в штаны мелкие (и не очень) злодеи/монстры его родного мира, против горгульи… но и тут удача послала его в пешее эротическое.
