– Я думаю, что вместе вы будете в безопасности за своими горами. Вы должны выиграть время, Торанага-сама. Вы ждете, пока у вас не станет больше союзников. Вы держите перевалы. Это можно сделать! Генерал Ишидо дьявол, но не настолько глуп, чтобы бросить все силы на одну битву. Он будет прятаться в Осаке. Так что какое-то время мы не должны использовать наш полк. Мы должны увеличить охрану и держать его как секретное оружие, всегда наготове, пока вы не выйдете из-за ваших гор, но сейчас я не вижу, как его можно использовать. – Оми сознавал, что все глядят на него. Он поклонился Торанаге: – Пожалуйста, извините меня за многословие, господин.
Торанага внимательно посмотрел на него, потом взглянул на своего сына. Он видел, что юноша с трудом сдерживает возбуждение, и знал, что пришло время выпустить его на добычу:
– Нага-сан?
– То, что сказал Оми-сан, верно, – сразу же радостно произнес Нага, – большая часть того, что он сказал, но я считаю, что надо использовать эти два месяца для того, чтобы собрать союзников, еще больше изолировать Ишидо и, когда прекратятся дожди, напасть без предупреждения – план «Малиновое небо».
Торанага спросил:
– Вы не согласны с Оми-саном о длительности войны?
– Нет. Но разве… – Нага замолчал.
– Продолжайте, Нага-сан. Говорите прямо!
Нага промолчал, его лицо побледнело.
– Вам приказано продолжать!
– Хорошо, господин. Мне пришло на ум, что, – он опять остановился, потом сказал торопливо, – разве это не возможность для вас стать сегуном? Если вам удастся взять Киото и получить мандат, почему бы не собрать новый Совет? Почему не просить императора назначить вас сегуном? Это было бы лучше всего для вас и для всего государства, – Нага попытался изгнать страх из своего голоса, так как он тем самым замышлял измену против Яэмона, а большинство присутствующих здесь самураев – Ябу, Оми, Игураши и особенно Бунтаро – были открыто лояльны. – Я считаю, вы должны быть сегуном! – Он, оправдываясь, посмотрел на остальных. – Если эта возможность осуществится… Оми-сан, вы правы в том, что война обещает быть долгой, но я говорю, господин Торанага должен взять власть, добиться ее! Продолжительная война погубит империю, снова разделит ее на тысячи частей! Кто хочет этого? Господин Торанага должен быть сегуном. Дать империю Яэмону, господину Яэмону можно, только сначала обезопасив государство! Другой возможности не будет… – Его голос замер, он постарался встать так, чтобы обезопасить себя от удара в спину, напуганный тем, что сказал, одновременно радуясь тому, что сказал вслух то, что давно уже думал.
Торанага вздохнул:
– Я никогда не стремился стать сегуном. Сколько раз я должен это говорить? Я поддерживаю моего племянника Яэмона и уважаю волю его отца Тайко, – он посмотрел на окружающих, переводя взгляд с одного лица на другое. Остановился на Нате. Юноша вздрогнул. Но Торанага сказал с добротой в голосе, снова приманивая его к себе. – Твое усердие и молодость одни извиняют тебя. К сожалению, многие более старые и мудрые думают, что это мои притязания. Это не так. Есть один путь остановить этот вздор – привести к власти господина Яэмона. И это я намереваюсь сделать.
– Да, отец. Благодарю вас, – в отчаянии сказал Нага.
Торанага перевел взгляд на Игураши:
– Что вы посоветуете?
Одноглазый самурай почесался.
– По мне, я только солдат, не советник, но я бы посоветовал «Малиновое небо», если мы не можем воевать на наших условиях, как говорил Оми-сан. Я воевал в Синано много лет назад. Это плохая страна, а господин Затаки тогда был с нами. Я бы не хотел снова воевать в Синано и никогда бы не стал воевать против Затаки. А если вы подозреваете господина Маеду, то как вы можете планировать выиграть битву, если вас может предать ваш самый важный союзник? Господин Ишидо выставляет против вас две, три сотни тысяч человек и еще держит сотню тысяч для охраны Осаки. Даже с ружьями у нас не хватает людей для наступления. Но укрывшись за горами, используя ружья, мы сможем держаться вечно, если произойдет так, как говорит Оми-сан. Мы могли бы держать перевалы. У вас достаточно риса – разве не Кванто поставляет его для половины страны? Ну, а в-третьих, наконец, мы можем прислать вам столько рыбы, сколько вам будет надо. Вы будете в безопасности. Пусть господин Ишидо и этот дьявол Джикья приходят; если случится так, как сказал Оми-сан, то скоро враги будут есть друг друга. Если нет, держите наготове «Малиновое небо». Человек умирает за своего господина только однажды в жизни.
– Кто-нибудь хочет добавить? – спросил Торанага. Никто не ответил. – Марико-сан?
– Мне не место говорить здесь, господин, – ответила она. – Я уверена, что было сказано все, что должно быть сказано. Но, может быть, мне позволят спросить от имени всех ваших советников, которые присутствуют здесь. Как вы думаете, что должно произойти?
Торанага умышленно медленно подбирал слова: