– Две вещи, господин. Во-первых, его ненависть к иезуитам безмерна, даже сильнее его неприязни к португальцам, так что это козырь для вас, который можно использовать против кого-то из них или против обоих, если вам это будет нужно. Мы знаем, что он смел, так что он бесстрашно отразит любую атаку с моря. Во-вторых, деньги все еще его цель. В его оправдание, из того, что я узнала, деньги единственная реальная вещь, которую чужеземцы используют для достижения прочной власти. Они покупают земли и положение, – даже их королева действует как купец и покупает корабли и земли, вероятно. В остальном они не очень отличаются от нас, господин, за исключением этого. А также тем, что они не понимают власти, что война есть жизнь, а жизнь есть смерть.
– Христиане мне враги?
– Я так не считаю.
– А португальцы?
– Я думаю, что они поглощены только своей прибылью и распространением слова Божьего.
– Христиане – мои враги?
– Нет, господин. Хотя некоторые из ваших врагов могут быть христианами – католиками или протестантами.
– Вы не думаете, что Анджин-сан мой враг?
– Нет, господин, я считаю, он уважает вас и в свое время станет вашим фактическим вассалом.
– А христиане? Кто из них мои враги?
– Господа Харима, Кийяма, Оноши и некоторые другие самураи, которые стали выступать против вас.
Торанага засмеялся.
– Да, но священники воздействуют на них, как считает Анджин-сан?
– Мне так не кажется.
– Эти трое выступят против меня?
– Я не знаю, господин. Раньше они были друзьями-противниками по отношению к вам. Но если они станут на сторону Ишидо, это кончится очень плохо.
– Вероятно, вы правы. Марико, вы ценный советник. Вам трудно быть христианкой-католичкой, другом с врагом, выслушивать вражеские идеи.
– Да, господин.
– Он поймал вас, да?
– Да. Но, по правде говоря, он прав. Я не исполнила того, что вы приказали. Я оказалась втянута в полемику между вами. Пожалуйста, примите мои извинения.
– Это будет продолжаться, и вам будет все труднее. Может быть, еще труднее.
– Да, господин. Но лучше знать обе стороны медали. Многое из того, что он сказал, оказывалось верным – например, что мир разделен испанцами и португальцами, о священниках, занимающихся контрабандой, хотя в это почти невозможно поверить. Вам не стоит сомневаться в моей лояльности, господин. Как бы плохо ни пришлось, я всегда выполню свой долг по отношению к вам.
– Спасибо. Но вас очень интересует то, что сказал Анджин-сан, да? Благодарю вас, Марико-сан, я очень дорожу вами как советником. Может быть, разрешить вам развестись с Бунтаро?
– Что?
– Ну?
«О, быть свободной! – запела ее душа. – О, Мадонна, быть свободной! Помни, кто ты, Марико. И не забывай, что «любовь» – это слово чужеземцев».
Торанага следил за ней в полном молчании. Москиты спиралью летели на дым ладана и стрелой улетали в безопасное место. «Да, она сокол, – думал он, – но против какого «зверя» бросить мне ее?»
– Нет, господин, – сказала Марико. – Благодарю вас, не стоит беспокоиться.
– Анджин-сан странный человек не правда ли? Его голова полна несбыточными планами. Бессмысленно рассматривать возможность атаки на наших друзей португальцев или на их Черный Корабль. Верить в этот вздор – что уже через год у меня будет четыре боевых корабля.
Марико заколебалась.
– Если он говорит, что военно-морской флот будет, господин, то я верю, что это возможно.
– Невероятно, – горячо сказал Торанага, – но вы совершенно правы, он – наш козырь против других, он и его боевой корабль. Абсолютно немыслимо, но как заманчиво. Как сказал Оми: «Сейчас нам нужен этот иностранец, чтобы учиться у него». И еще много чего нужно узнать, особенно от него, да?
– Да.
– Пришло время открыть империю, Марико-сан. Ишидо закроет ее плотно, как устрицу. Если бы я снова стал президентом Совета регентов, я бы заключил договора со всеми государствами, если только они дружественные. Я бы посылал наших людей учиться у других народов, посылал бы послов. Королева, правящая мужчинами, была бы хорошим почином. К королеве я послал бы женщину-посла, если бы нашел достаточно умную и хитрую.
– Она должна быть очень смелой и очень умной, господин.
– Да. Это будет опасное путешествие.
– Все путешествия опасны, – сказала Марико.
– Да, – Торанага переключился на другую тему. – Если Анджин-сан уплывет со своим кораблем, набитым золотом, вернется ли он обратно? Сам, по своей воле.
Спустя некоторое время она сказала:
– Я не знаю.
Торанага решил не давить на нее сейчас.
– Благодарю вас, Марико-сан, – сказал он дружески, отпуская ее, – я хочу, чтобы вы присутствовали на собрании, переводили то, что я скажу, для Анджин-сана.
– Все, господин?
– Да. И сегодня вечером, когда вы войдете в Чайный Домик покупать контракт Кику, возьмите с собой Анджин-сана. Прикажите его наложнице сделать все, что полагается. Он нуждается в поощрении, так ведь?
– Хай.
Когда она уже была у седзи, Торанага сказал:
– Как только появится связь между Ишидо и мною, вы получите развод.
Ее рука замерла на перегородке, она слегка кивнула благодаря, но не оглянулась. И закрыла за собой дверь.