— Пошли? — стараясь не выдать охватившего его чувства неуверенности, спросил он у Каминского.
— Пошли, — взяв парализатор наизготовку, ответил Кшиштоф.
Андрей машинально тоже выставил вперёд оружие. Входить в отсек не хотелось. Не хотелось до ломоты в затылке.
— Зденек, прикрывай нас от входа, — прочистив горло, распорядился Горелов.
— Понял, — отозвался пилот.
— Пошли, — упрямо нагнув голову и стиснув зубы, процедил Андрей и, оттолкнувшись от высокого порога, полетел в темноту отсека. Кшиштоф, задержавшийся на мгновенье, плыл слева и чуть сзади, контролируя обстановку с той стороны. Сам Горелов впивался глазами в темноту справа, держа палец на спуске и молясь про себя, чтобы хватило выдержки не выстрелить сразу во что-либо вдруг шевельнувшееся.
После короткого полёта, во время которого, однако, тело Андрея успела покрыть испарина, они добрались до пульта. Ухватившись за спинки кресел, стоящих возле него, спасатели погасили инерцию и огляделись. Реактор, судя по показаниям приборов, работал нормально. Системы жизнеобеспечения так же исправно функционировали. Все пять кресел возле пульта пустовали
— Любопытно, — вполголоса произнёс Кшиштоф, — Минимум один человек всегда должен находиться у пульта.
— Может, его тело носит где-то по отсеку? — предположил Андрей, поёживаясь от мысли о том, что где-то в темноте плавает, влекомый слабыми воздушными потоками, порождаемыми системой вентиляции, труп или трупы, с которыми они вполне могли столкнуться во время перелёта через отсек.
— Вообще-то, вахтенный, по инструкции, должен быть пристёгнут, — Кшиштоф тронул висящий над креслом ремень с металлической защёлкой.
— Думаешь, что кто-то здесь действительно пережил катастрофу?
— Ты же сам предполагал такое.
— Где же он? Или они?
— Должны быть здесь — отсек был закрыт изнутри. Надо искать. В реакторном это помещение не единственное, закутков хватает.
— Ну что ж, только для начала, не плохо было бы включить освещение. Кстати, почему оно отключено? Как думаешь?
— Не знаю, — отозвался Каминский.
Кшиштоф начал обшаривать пульт в поисках включателя освещения.
— Ага! Вот он! — раздался через минуту его торжествующий голос.
Помещение залил яркий свет. Андрей прикрыл привыкшие к темноте глаза. Проморгавшись, он осмотрелся. Ни единой живой души в контрольном отделении не было. Трупов, к счастью, тоже.
— Валевский, давай сюда! — окликнул он маячившего у входа пилота.
Зденек, слегка оттолкнувшись ногами и осматриваясь по сторонам, подплыл к Андрею с Кшиштофом.
— Никого нет, — сообщил он.
— Посмотрим там, — Горелов махнул рукой в сторону располагающейся в нише боковой дверцы. — Что там может быть?
— Возможно, что-то вроде комнаты отдыха, — ответил Каминский.
Зденек, не ожидая команды, оттолкнулся от кресла и поплыл к двери. Андрей открыл было рот, чтобы вернуть его: не дело пускать вперёд зелёного необтёртого юнца. Лучше пойти самому или послать Кшиштофа. Однако он так и не окликнул Валевского, вспомнив, как отчитывал его в кают-компании и решив не наносить ещё один удар по его самолюбию.
Благополучно добравшись до двери, Зденек взялся за ручку и дёрнул её в сторону. Запор на двери предусмотрен не был и она легко отодвинулась, уйдя в стену. Внутри открывшегося помещения царил мрак.
— Включи нашлемный фонарь, — начал было Андрей. И в этот момент внутренность помещения за дверью озарилась багровой вспышкой, сопровождающейся шипением, переходящим в свист. Вслед за этим пронзительно закричал Зденек.
Вот оно, подумал Андрей, имея в виду сигналящее все это время чувство опасности. Одновременно с этой мыслью он метнулся к начинающему запрокидываться навзничь Валевскому, целясь чуть правее двери, чтобы не попасть под следующий выстрел. Он немного не рассчитал силы толчка и довольно ощутимо ударился о переборку. Каминский, совершив такой же манёвр, правда, несколько изящнее, прилип к переборке с другой стороны дверного проема.
Зденек продолжал запрокидываться на спину, давая возможность видеть чёрный, с оплавленными краями разрез, проходящий поперёк кирасы скафандра. Он уже не кричал. Только ноги, висящие в воздухе, продолжали совершать судорожные движения, словно пытаясь найти опору. Видимо, у пилота была разорвана аорта — из разреза толчками била кровавая струя, распадаясь, потеряв силу, на рой красных пузырей, весело разлетающихся во все стороны и образуя красные кляксы при соприкосновении со стенами, полом и потолком.
Труп, а в том, что Зденек мёртв, Андрей не сомневался, медленно перемещался от двери к центру отсека. Проём двери освободился, ожидая следующего гостя.
— Чем это его? — справившись со ставшим вдруг непослушным языком, просипел Андрей.
— Похоже на монтажный резак, — голос Кшиштофа звучал почти спокойно. Только по подрагивающему стволу парализатора, направленного в сторону двери, можно было догадаться, чего стоило спасателю это спокойствие.
— Откуда они его взяли? — задал, в общем-то, ненужный вопрос Горелов. Каминский покачал головой, давая понять, что не знает.
