В таверну зашел высокий смуглый темный. Красные волосы были заплетены в косички, на концах которых болтались изящные костяные черепа. На груди висел медальон с эмблемой частной охранной фирмы Рагуэля. Рагуэль был архангелом, ответственным за приведение в исполнение приговоров ангельского суда для высоких сановников Царства. Когда-то он макнул крылья в заговор против Габриэля, и тот выгнал его с Небес и официально объявил демоном. Озлобленный Рагуэль твердил, что только выполнял свои обязанности, приводил в исполнение приговоры независимого суда и дальше остается подданным Светлости. Из-за этого его плохо приняли в Преисподней, тогда он перенесся в Лимбо, где открыл охранную фирму, конкурирующую с ангелами-хранителями. Работало там много изгнанников и дезертиров из Преисподней.
– Хазар! – закричал коммандос, увидев прибывшего.
– Драго Гамерин! – тот засиял, подскочил к ангелу, выдернул из-за стола и обнял. – Дай мне на тебя посмотреть.
Он схватил его за плечи и повернул, словно хотел оценить, хорошо ли друг одет. На Гамерине была футболка цвета хаки с надписью: «Хайот! Хайот!», военные брюки и поношенные пустынные ботинки.
– Бармен, подай-ка нам те бутылки! – закричал он.
– Как дела, старик? – улыбнулся Хазар. – Выглядишь так, словно сам Господь тебя поздравил.
Коммандос хлопнул его по плечу.
– Возвращаюсь на службу, старик. Получил назначение. Конец с почасовой заменой ангелов-хранителей, конец с пенсией для калек. Возвращаюсь в отряд!
– Ну да! – Черные глаза Хазара округлились от удивления.
Голос Драго дрожал от эмоций.
– Хазар, брат, Алимон воскресил шеолитов!
У темного отпала челюсть, контрабандист захлебнулся выпивкой, а демоница выпустила из рук стакан.
– Это к счастью! – засмеялся Драго, услышав звук разбившегося стекла. Таверна поплыла у него перед глазами. Хотя он выпил не много, но чувствовал себя мертвецки пьяным. «Это от счастья, – подумал он. – От счастья».
– Что это? – рявкнул Габриэль. – Что это, к чертям, такое?!
– Повестка, – сухо сказал Разиэль.
– Вижу! – рявкнул архангел, комкая в руках официальное письмо. – Но, проклятье, по какому праву?
– Чертовому праву, – архангел Тайн провел ладонью по лицу. – Габриэль, боюсь, у них на тебя что-то есть. Иначе бы не осмелились вызывать в суд. Кто это подписал?
– Азбуга.
– Ах да, старый склеротик и консерватор, – буркнул Михаэль. Он плохо выглядел: глаза налились кровью и опухли, потому что из-за стресса он снова страдал бессонницей. – К тому же назойливый, как сон про семь коров.
– Но независимый судья. – Разиэль потрещал пальцами. – У него репутация неподкупного. Насколько я знаю.
Габриэль кинул смятую бумагу на пол.
– Нет, господа, – произнес он сдавленным голосом. – Во второй раз я не позволю этого сделать.
Архангелы опустили головы. Они помнили, какое унижение пережил архангел Откровений, когда в результате заговора его выгнали из Царства «за не слишком точное выполнение Божьего приказа». Естественно, обвинение было фальшивым, а Габриэль через двадцать один день триумфально вернулся и расправился с клеветниками, но период изгнания он пережил слишком тяжело. Эти злосчастные три недели его заменял Дубиэль, ангел Персии, который после возвращения архангела горько пожалел, что вообще появился на свет.
– Не беспокойся, Джибрил, – ласково начал Михаэль. – Все прояснится, а если нет, мы надерем зад каждому, кто осмелится выскочить.
Лицо Габриэля было белым, словно полотно. Зеленые глаза жутко сияли. Он молчал.
– Что будешь делать? – осторожно спросил Разиэль.
– Ничего, – сжатые губы почти не шевелились.
– Габриэль, я думаю, стоит уведомить темных. Дело начинает выходить из-под контроля. Мы не знаем, что у них происходит. Может, та палка имеет два конца и заговор двойной. Мы должны им доверять. В конце концов, нас связывает общий интерес. Существует шанс, что мы можем помочь друг другу.
– Разиэль говорит разумные вещи, – буркнул Михаэль. – Нужно встретиться с Люцифером.
Габриэль повернулся, все еще бледный, как труп.
– Хорошо, – медленно произнес он. – Ситуация дозрела. Втянем в это Люцифера.
Лунный пейзаж застилала легкая дымка. Нежный жемчужный свет ложился на траву, серебрил пышные сосны. На горизонте виднелись горные хребты, размытые во мгле, словно акварель. Серые бурные волны Моря Дождей разбивались о берег, Море Дождей, как обычно, демонстрировало свой извечный гнев. Яростный вал поднимал пенистые гривы, готовые каждую минуту поглотить кружащихся крикливых гарпий. Ветер гнал по небу рваные тучи. Мрачный вид имел какую-то странную, дикую красоту, которая всегда восхищала Даймона. Подавив вздох, он неохотно отвернулся от высокого окна.
За столом, за которым сидели остальные архангелы, царила напряженная тишина.
– Чудесно, господа крылатые, – процедил, наконец, Люцифер. – Почему вы не сообщили нам раньше?
– Мы не думали, что это потребуется, – твердо ответил Габриэль.
Они встретились на Луне, потому что архангел Откровений считался ее формальным правителем и имел тут обширные владения.
