Вера Ивановна подала Надежде небольшую коробочку, та поместила ее на животе и нажала сенсор. Коробочка загудела, зачмокала и поползла по животу, было щекотно, Надежда заулыбалась, боль прошла. Комплекс ползал так минут тридцать, потом выдал информацию, Надежда смотрела на иероглифы и мрачнела.
– Ну, что он там надиагностировал?
– Нужно профессиональное наблюдение, специальное питание, релаксирующие ванны и много еще всего… – удрученно ответила она и отдала комплекс маме.
– Наденька, какие ванны, тебе же нельзя?!
– Мама, у меня необычная беременность, ты же знаешь, мы все необычные. Во мне частичка Сейме-с, Вей оставил ее мне, а я ввела ее в плод, теперь мне даже неизвестно, какой будет ребенок и на кого он будет похож!
– Наденька, – горестно закачала головой Вера Ивановна, – да как же это? Зачем? А главное, как быть то теперь?
– Вот здесь полная ясность, нужно лететь на звездолет.
Она слегка напряглась, Вера Ивановна заметила и опять засуетилась.
– Опять плохо?
– Да не, это корабль передает телеметрию о движении к Земле астероида!
– Ну вот все не слава богу, что теперь делать?
– Да ничего, ма. Дадим команду и уничтожим!
– Ты и это можешь?
– Конечно, могу. Земные технологии еще не дошли до этого. Кто если не я? – и дала команду управляющему кораблем интеллекту на уничтожение астероида.
– Вот и все. Теперь Земляне могут спать спокойно.
– Ты так рассуждаешь, как будто сама не землянка?
– Именно потому, что землянка, я так и рассуждаю. Да и кто мы на самом деле, сейчас трудно сказать. Ты же знаешь, наши организмы перестроены, мы можем то, чего на планете никто не может. Банально посмотри на себя. Тебе шестьдесят лет, а выглядишь меньше чем на тридцать, тебе под стать возрасту надо бы и психологию менять. Ты мне больше в подруги подходишь, чем в матери. По виду, конечно. – Тут же поспешила добавить Надежда.
Их разговор прервал вошедший Артем.
– Не помешал? Секретничаете?
– Наоборот, решаем, что делать. Надежда говорит, нужно лететь на корабль для наблюдения, там установлен мощный медицинский центр.
Он минуту помолчал, анализируя и глядя на Надежду, потом тихо заговорил.
– Это из-за того, о чем я думаю?
– Откуда я знаю, о чем ты думаешь? Скажи уж! И не делай такое загадочное лицо. Мне и тебе нужно все объяснять?
– Не нервничай так. Тебе же нельзя волноваться, я подумал о наших особых способностях, ребенок может родиться и унаследовать эти способности?
– Может?! Гарантированно унаследует! Все, хватит разговоров, готовьтесь к отлету!
– Я согласен, – сдался Артем, – что с собой взять?
– Да бери что хочешь, – почему-то с раздражением ответила Надежда.
– А может мне вообще не лететь, там с тобой мама будет, а я здесь за хозяйством присмотрю?
Надежда задумалась, анализируя, и пришла к выводу, что на звездолете Артем ее будет только раздражать, как, впрочем, все последнее время. Любви она к нему не испытывала, ее любовь была далеко в космосе, все дальше удаляясь от нее. С Артемом ее связывали только плотские отношения, физический контакт с ним был ей необходим. И вот теперь, когда он выполнил свою миссию по зачатию ребенка, Надежда ловила себя на мысли: «А что дальше? Пропасть в отношениях увеличивалась, сближают только сверх возможности, и его любовь. Он любит меня, а его… нет. И это нет, постепенно перерастало в чувство отвращения».
– Наверное, это будет разумно, не даст повода к подозрениям. Оставайся, связь есть, если что, я пришлю модуль.
На том и порешили, погрузили немного вещей в модуль и стартовали в режиме маскировки. Долетели минут за сорок. Надежда красиво завела модуль в транспортный ангар звездолета и поймала себя на мысли, что вернулась домой.
Едва они покинули модуль, опять начались схватки. Вера Ивановна с помощью робота положила ее на платформу и повезла в медицинский отсек, там поместила в медицинскую капсулу, и все, больше от нее ничего не зависело.
– Мамочка, спасибо за помощь. Иди отдохни, робот проводит тебя в твои апартаменты. И не волнуйся, когда будет нужно, я тебя позову. Управляющая система корабля будет выполнять все твои команды, кроме функций безопасности и движения звездолета.
Вера Ивановна хотела возразить, но потом передумала, поднялась, поцеловала дочь и вслед за роботом направилась к выходу. Надежда с любовью посмотрела ей вслед. «Как изменилась ее жизнь, я принесла ей столько забот, а она ни разу меня не упрекнула за это». Теплая волна прошла по телу и влагой выступила на глазах. – «Однако, пора заняться собой».
Прозрачный колпак опустился, отрезая ее от внешнего мира, индикатор загорелся зеленым, процесс стабилизации плода начался.
