– Ну вот и родился ребенок биологически такой, как мы, но видимо с несколькими сознаниями, как у Вея. И какие у него способности, один Бог знает.
– В смысле несколько сознаний?
– Наденька у него четыре сознания, основанных на жидкокристаллических формах, и пятое – биологическое, как у людей. Так вот, биологическому надо развиваться, тогда как четыре сознания усваивают информацию целыми массивами.
– Кто ему эту информацию дает?
– Ты меня удивляешь. Управляющая система звездолета, конечно. Вей весь процесс воспитания сына заложил в программу и в этом направлении все идет нормально. А вот биологический мозг отстает в развитии, он растет и развивается медленнее, поэтому тебе придется постоянно находиться с ребенком.
– Что значит, придется, – обиделась Надежда, – я с удовольствием с ним нахожусь.
– Вот и отлично, ты займись его воспитанием, я займусь остальными делами. – И видя, что Надежда готова возразить, добавила, – ведь для матери ребенок – это главное.
– С таким утверждением не поспоришь. Но откуда ты знаешь о том, что малыш не такой как все? Я ведь тебе не говорила о прощании с Веем. – Неожиданная мысль совсем запутала Надежду.
– Узнала, по секрету, от управляющей системы, она ведь мне жизнью обязана. – Вера Ивановна улыбнулась и подмигнула дочке.
– Вот так дела…, – у надежды в прямом смысле отвисла челюсть, а слова застряли где-то на пол пути, – ладно, разберемся с этим позже. – Справившись с удивлением закончила Надежда.
– Наденька, иди уже к сыну. И знаешь, было бы неплохо, если бы ты начала кормить его грудью!
– Как грудью? Я даже не знаю, есть ли у меня молоко?!
– Вот как раз и узнаешь, я подойду позже, как только определюсь с состоянием дел.
– Спасибо тебе, за помощь!
– Ладно тебе благодарить, иди уже, но предварительно зайди в медицинский центр и узнай на счет молока.
– Хорошо! – уже выходя, радостно ответила она.
«Ситуация с Надеждой складывается как нельзя лучше, теперь можно заняться делами», – подумала Вера Ивановна, сев в кресло пилота, и кладя руки на подлокотники управления.
Управляющая система сразу вошла с ней в мнемонический контакт, докладывая результаты пассивного приема. А результаты не несли ничего нового, радио и телепередачи с Земли неслись через Луну и уходили в космос в бесконечное странствие. «Разумные сигналы, – подумала Вера Ивановна, – ведь кто-то их примет, но вряд ли сможет расшифровать, должны быть адаптивные приемники. Наверное, такие же сигналы идут и через нашу планету, просто мы их не можем принять, у нас нет такой аппаратуры». Телевидение и радио не несли какой-либо ценной информации, Веру Ивановну интересовали два вопроса: первый – улетели ли Мелькеи, и второй – что с Артемом. Ни на один из них пассивный прием не давал ответ.
«Что делать, – думала Вера Ивановна, – как прояснить ситуацию?» В ее мысли проникло предложение управляющей системы.
– Можно попробовать выйти в открытый космос на малом транспортном модуле.
– А это нас не демаскирует?
– Сто процентной гарантии нет, но вероятность успеха превышает девяносто пять процентов!
– Это очень высокий процент, стоит попробовать, – приняла решение Вера Ивановна, – готовь модуль к полету.
– Выполняю.
– Еще один вопрос, обращаться все время к тебе «управляющая система» неудобно, ты не будешь против, если мы дадим тебе имя, это упростит общение.
– Я не против, новые условия требуют новых коммуникационных решений.
– У тебя есть какие-нибудь пожелания относительно имени?
– Не готов ответить. Нужно время.
– До моего возвращения, времени будет достаточно?
– Более чем достаточно, пилот.
Вера Ивановна связалась с Надеждой, поинтересовалось, как у нее дела, та с воодушевлением сообщила, что у нее есть молоко и она готовится к первому кормлению.
– Отлично, – ответила Вера Ивановна, – я пока на малом транспортном модуле осмотрю пространство!
– А это не опасно? – с волнением в голосе спросила Надежда, – куда нам торопиться, можем еще подождать с выходом в открытый космос?
– Подождать можно, но меня волнует то, что на планете остался Артем, и непонятно, что с ним там сейчас происходит. Возможно, ему нужна помощь.
– Да, ты права, и ребенок уже спрашивает про отца.
– То-то и оно, ребенок не должен страдать, у него должна быть полноценная семья! За меня не волнуйся, я буду осторожна. Связи не будет, нельзя, и ты смотри, соблюдай режим молчания. Как только вернусь, сразу приду в детскую, будем праздновать и давать сыну имя.
– Хорошо, до встречи. – Откликнулась успокоенная Надежда, вся погруженная в материнские заботы, первое кормление – это целое событие для молодой мамы.
Вера Ивановна вновь вступила в контакт с управляющей системой, которая тут же откликнулась и попросила ее с этого момента называть его Ник. Она не стала спрашивать почему именно Ник, а просто ответила.
– Хорошо, готовь малый транспортный модуль, полечу на разведку. И еще один вопрос, я могу сканировать Землю направленным лучом с небольшим разрешающим фокусом?
