У Эмили Фишер идеальная жизнь. Она получила долгожданную работу мечты, а в День всех влюблённых ее парень сделает ей предложение. Вот только когда Эмили застает своего возлюбленного в постели с подругой, эта иллюзия идеальной жизни в одно мгновение разбивается на тысячи осколков. Мэттью Дэвис — самый настоящий цинник и нахал. И он ненавидит День Святого Валентина. Но все меняется, когда рядом с ним оказывается очаровательная брюнетка с картой предсказаний от Купидона. Этим двоим было суждено встретиться. Но что делать, если они не могут быть вместе? Ведь Мэттью — вратарь хоккейного клуба «Нью-Йорк Пингвинз», а Эмили — администратор хоккейного клуба «Нью-Йорк Рейнджерс». И, как известно, отношения между этими клубами похуже, чем у Капулетти и Монтекки.
Сегодня день всех влюбленных. Улицы Нью-Йорка насквозь пропитаны любовью, витающей повсюду. Витрины магазинов украшены гирляндами с сердечками, белыми ангелами из бумаги и красными светящимися лампочками. Жители города носятся как сумасшедшие, пытаясь в последний момент прикупить подарки своим любимым.
Праздничная суматоха нисколько не раздражает меня, потому что сегодня особенный день. Я уверена, что этот День Святого Валентина запомнится на всю жизнь.
Моя жизнь прекрасна!
Только что я закончила складывать в коробку вещи со своего стола, расположенного в отделе спортивной аналитики телеканала «И-Эс-Пи-Эн», где я на протяжении полугода проходила стажировку в качестве помощника хоккейного аналитика. Неделю назад мне сообщили, что я получила должность помощника администратора клуба! Так что послезавтра я выйду на новую работу в хоккейном клубе «Нью-Йорк Рейнджерс». Неплохо для выпускницы колледжа?
Мне двадцать три, и я мечтала стать частью «Рейнджеров» столько, сколько себя помню. Каждый раз, когда я наблюдала за тем, с какой скоростью скользят по льду игроки, время останавливалось. Я могла смотреть хоккей часами. Нет, днями! Мой отец был форвардом «Нью-Йорских Рейнджеров». Мы с мамой были его главным фан-клубом и посещали каждую игру отца. «Нью-Йорк Рейнджерс» был первым и единственным клубом отца с самого драфта. Он сыграл за него целое десятилетие. Дэйв Фишер был выдающимся хоккеистом. Человеком. Мужем. Отцом. После его смерти я переехала к бабушке, в Колорадо. А после окончания школы решила пойти по стопам отца. Так я оказалась здесь, в Нью-Йорке. И уже через несколько дней я буду там, где провел столько лет мой отец. Он бы гордился мной сейчас.
И хотелось бы мне сказать, что это самая лучшая новость, но это еще не все. Пару дней назад я обнаружила в комоде своего парня заветную голубую коробочку Тиффани. А вчера Брайан тонко намекнул, что сегодня меня ждет особенный вечер! Наверняка он собирается сделать мне предложение. Вы уже слышите мой визг? Уверена, его слышно даже на Точке Немо!
— Ты что, даже не останешься на корпоратив? — спрашивает меня моя подруга Ванесса, сидящая на углу моего пустого стола, пока я надеваю пальто.
— Не могу, Ван.
— А я буду подружкой невесты?
Мои губы раскрываются в широкой улыбке.
— А с чего ты решила, что я соглашусь выйти за него?
Ванесса звонко смеется, поправляя свои темные волнистые локоны.
— А вдруг там вообще не кольцо, а серьги? Или пирсинг для твоего пупка?
Я замираю с коробкой в руках и, усмехнувшись, смотрю в карие глаза подруги.
— И зачем тогда он стал бы говорить мне об особенном вечере? Что такого особенного в моем пупке?
Ван усмехается и спрыгивает со стола, чтобы обнять меня.
— Позвони мне вечером, ладно?
— Конечно, позвоню. Будь паинькой в Колорадо, ладно?
— Паинькой? — Ван издает смешок. — Ты с кем-то путаешь меня.
Ванесса Льюис — самый сумасшедший человек, которого я только знаю. Мы знакомы с самого детства. Наши дома находились по соседству, и мы проводили вместе много времени. В тринадцать она сделала первую татуировку, в шестнадцать уехала в Техас с очень горячим (по словам Ван) тритдцатипятилетним байкером, в восемнадцать ее чуть не исключили из школы за то, что ее совратил преподаватель (это официальная версия его увольнения, а неофициальная и очевидная — все было наоборот), а в свои двадцать один она, по дороге в колледж, где училась на медсестру, свернула не туда и оказалась в Нью-Йорке, бросив все в один миг. Ее парень (хотя парнем его сложно назвать, ему сорок два) — один из директоров телеканала, так что вот уже два года Ванесса руководит HR-отделом «И-Эс-Пи-Эн».
— Пообещай хотя бы не уезжать с каким-нибудь наркоторговцем в Мексику. — Отстраняюсь от подруги и показываю на нее пальцем. — А то тебе еще свадьбу мне устраивать.
— Ха! Я так и знала! — визжит Ванесса. — Я так за тебя рада, Эм!
— И я. Кажется, я ждала этот момент всю жизнь. Кстати, а где Дафна?
— Она отпросилась на весь день еще пару дней назад.
— Странно. Даф ничего не упоминала об этом, когда мы разговаривали с ней вчера вечером.
С Дафной я познакомилась, будучи студенткой колледжа. Она училась на спортивной журналистике, но мы иногда посещали вместе потоковые лекции. Даф была самой тихой, скромной и милой девчонкой колледжа. Большие голубые глаза, светлые волосы и идеальная фигура. Парни сходили по ней с ума, а девушки завидовали ее внешности ангела, но ей не было до этого никакого дела. После переезда из Колорадо я никого здесь не знала и как-то пригласила ее выпить кофе. Так мы стали дружить. Я, Дафна и очутившаяся в Нью-Йорке по загадочным обстоятельствам Ванесса.
Мы еще раз крепко обнимаемся с моей лучшей подругой, и я покидаю офис. Я отпросилась сегодня пораньше, чтобы вернуться домой до того, как вернется с корпоратива мой будущий муж, поэтому уже сижу на заднем сидении желтого такси, везущего меня на встречу мечте.
Когда я выхожу из машины, нелепая улыбка не сходит с моих губ.
— Счастливого Дня всех влюбленных, Эмили! — говорит швейцар нашего жилого комплекса.