Не могу сдержать смешок.
– Эмили, мы вместе шестнадцать лет. Это практически половина моей жизни. И я уже просто не представляю ее без тебя. Ты – причина моего счастья. Ты – причина, по которой каждое утро каждого дня начинается с улыбки. Ты – причина, благодаря которой я верю в чудеса. Только ты. И ты позволила мне узнать, что любовь существует. И моя любовь носит твое имя. Согласишься ли ты носить мою фамилию?
По моей щеке стекает слеза, и Мэттью смахивает ее пальцем. Затем стекает еще одна. И еще. Он осыпает мое лицо поцелуями, пока я плачу от безграничного счастья, растекающегося по каждой клеточке моего тела.
– А ты посмотришь со мной «Грязные танцы»? – сквозь всхлипы интересуюсь я.
Мэттью прикусывает губы, чтобы не расхохотаться, а затем отрицательно кивает.
– Нет. Ни за что.
Я наклоняю голову набок, пристально глядя на него, и он моментально сдается.
В этом весь Мэттью – ему сложно говорить мне «нет», как бы он ни пытался.
Любовь всей моей жизни закатывает глаза и фыркает:
– Ладно. Один раз.
– Тогда да! Миллион миллионов раз да! – Я начинаю визжать и покрывать поцелуями его довольное лицо.
– Знаешь, Эм, меня пугает, что ты радуешься просмотру «Грязных танцев» больше, чем моему предложению.
Смеюсь, а затем обхватываю его шею и взглядом, полным нежности, смотрю в его наполненные теплом карие глаза.
– Признай, что Купидон все-таки существует, – шепчу я.
– Признаю только то, что это ненормально – верить в существование ангелов.
– То есть я сумасшедшая?
– Чертовски сумасшедшая. Но знаешь, что самое главное?
– Что же?
– Что я тоже, – шепчет он мне в губы и нежно касается их своими.
Вот такая у нас вышла история.
Спасибо, что были с нами.
И помните: чудеса случаются, главное – верить!
Еще увидимся!
